Дочь моего друга

Один день можно подождать, тем более что Андрей предложил к нему переехать. У меня еще будет много времени наедине с ним.

Отойдя в укромное место, я набираю Андрею.

— Освободилась?

— Андрей, я сегодня у папы ночую. Он ведь только вернулся, эта новость, операция. Я не хочу оставлять его одного.

— Поговорили как? — спрашивает Андрей после секундной паузы.

— Нормально. Вернее, не совсем, но не так уж и плохо. Думаю, со временем папа смирится.

— Ладно, Ян. Я, собственно, так и предполагал. Делай, как нужно. Как проснешься — звони.

33

Андрей

Несмотря на то, что на часах всего начало второго, после встречи с юристами Семена я чувствую себя полностью вымотанным. Я не питал особых иллюзий насчет сохранения партнерства между нами, как, впрочем, и по поводу того, что он решит поделить бизнес тихо, но его необоснованные посягательства, признаться, даже меня удивили.

Последние месяца три он много времени проводил не в России, а потому продвижением «Хлеб&Соль» приходилось по большей части заниматься мне. Средства, потраченные на раскрутку, тоже были моими. На словах мы с ним обговорили, что в следующем квартале расходы на продвижение будут целиком оплачены Семеном, и сейчас возмещать свою половину он отказался. Сумма, пусть и приличная, меня не разорит — но, блядь, как же неприятно, когда тебя кидают. Вторым неприятным сюрпризом стало то, что он подал иск, чтобы отсудить право на название сетки, хотя к этой идее он не имеет никакого отношения. «Серп и Молот», «Хлеб&Соль» — мне нравились эти совковые названия. Если иск будет удовлетворен в его пользу — пусть вероятность и небольшая, это фактически будет значить, что эти полгода я кучу денег и времени потратил впустую, и придется начинать раскрутку с нуля. Становиться сотрудником ООО «Напрасный труд» — это то, чего я всегда старался избегать.

— Привет, — звучит голос Яны в динамике. — Я очень по тебе соскучилась. Может, пересечемся в обеденный перерыв?

Я бросаю взгляд на часы. В четыре у меня назначена встреча, а до нее лучше обсудить дела с Мишиной, но сейчас мне и впрямь нужен короткий перерыв. Я не виделся с Яной больше суток, и напоминание о том, ради кого я прохожу через всю эту жопу, мне не помешает.

— Давай в «Реми» рядом с твоей работой через сорок минут.

Как я и предполагал, Семен Яну в свободное плавание не отпустит: болты начнет закручивать так, что она и сама того замечать не будет. У него сейчас куча козырей на руках — он после операции, а у меня куча геморроя, вызванного нашей грызней. Остается рассчитывать лишь на то, что он не станет вмешивать в нее Яну. Настроить против меня наверняка попытается — но тут я спокоен: не мог я в ней ошибиться. Смертей и измен на моей совести не водилось, а с остальным Яна должна справиться.