Скалка

 — Ты без еды вообще не ходишь, что ли? Ну давай.

Не знаю, куда глаза деть. Копаюсь в сумке, покорно вытаскиваю контейнер с пирогами. А ведь могла бы с ним пообедать. Явно не здесь. Просто это так нереально прозвучало, что я… в общем, как всегда. Вот Ленка бы на моем месте…

— Хм-м, тоже вкусно пахнут! Хотя чему удивляться… Может, тебе в повара податься, а, Скалкина?

Голос уже веселый, я бы сказала, язвительный. В себя, видимо, приходит. Аккуратно закрывает контейнер и… убирает его в стол.

— Они же до завтра не испортятся, — вроде спрашивает, но ответа моего явно не ждет. — Так, все. Поехали!"

"Он быстро идет по коридору, еле поспеваю за ним. Мы проходим мимо группы студентов, спускаемся на первый этаж. Надеюсь, что Дятлова с девчонками уже ушли и мы не натолкнемся на них на улице. Но Ярослав ведет меня совсем в другую сторону. Надо же, не знала, что здесь есть отдельный выход на парковку для преподавателей. Вот и его черная спортивная машина. За всю дорогу он и слова не произнес, снова погрузившись в свои мысли.

В салоне удобно, вспоминаю, как была здесь в последний раз. Тогда я еще не знала, что красивый незнакомец на самом деле гроза всех студентов…

— А куда мы едем? — нарушаю тишину, когда мы уже выезжаем на проспект.

— Ты любишь средиземноморскую кухню? Или только борщи с блинами?

Обидно такое слышать. Я и паэлью испанскую готовить умею (четыре разных варианта), и ризотто. А паста домашняя? Да папа покупные макароны вообще не ест, когда я приезжаю на каникулы!

— Люблю. А вы ее почему любите?

Ему кто-то звонит по телефону, но он сбрасывает звонки. Мы долго едем, в итоге останавливаемся у одноэтажного здания без вывески. Никогда не бывала в этом районе.

— Что здесь, Ярослав Денисович?

— Тут еда, Тамар, а я даже не завтракал. А ты что подумала?

Да ничего я не подумала. И о чем я могу думать, когда он вдруг берет меня за руку и ведет к неприметному подъезду. У него теплая ладонь, даже горячая. А меня внутри все обжигает словно. Боюсь пальцами пошевелить — а вдруг отпустит? И волшебство пропадет. Да, настоящее волшебство. Он держит меня за руку, а у меня уже все тело мурашками покрылось. И отнюдь не от холода. Наоборот, кажется, я горю.

Внутри светло, здесь много людей, но я не особо обращаю внимание, что вокруг. Потому что он по-прежнему держит меня за руку, не отпускает. Хочу идти вот так долго-долго…

— Привет, Яр! Тебе как обычно? — Какой-то парень обращается к Холодову так, словно очень хорошо его знает.

В ответ мой преподаватель лишь молча кивает. Он неразговорчивый сегодня, даже подколол лишь один раз, с пирогами этими несчастными.

Столик в самом конце зала, когда мы подходим к нему, Ярослав наконец выпускает мою ладонь. И сразу как-то тоскливо становится, будто лишилась чего.

— Выбирай что хочешь, Тамар.