Следователь по особо важным делам

Раз показавшееся может представиться им истиной. Они на ней настаивают. И как прорваться, как отшелушить дорогую «прибаску», если она — как бы образ события?

У того, кто хочет скрыть истину, все придумано. И эта ложь в ходе и соприкосновении с фактами и уликами обязательно терпит поражение.

Но ложность показаний, как бы они ни были продуманы и пригнаны преступником, входит в противоречие с реальными фактами, которые произошли в жизни…

Мария Завражная вошла несмело. Пристроилась на краешке стула. Молодая. Не больше двадцати. Красива подеревенски. Крупные и в то же время мягкие черты лица.

Чёлочка закрывала левый глаз, и девушка непрестанно её поправляла. Почти все время её рука, широкая, с нежными пальцами, была у лица.

— Машенька, — я невольно употребил ласкательное имя, — вы не волнуйтесь.. Посидим, поговорим спокойно…"

"— Да, да, поговорим. А я не беспокоюсь.

— Вот и отлично. Как там без вас, детишки не набедокурят?

— Нет, они славные. Заведующая пока с ними.

— Трудно с малышами?

— Мне с ними хорошо… — Она почему-то все время старалась смотреть не на меня, а прямо перед собой.

— Что у вас, призвание к этой работе?

— Не знаю. Никто из родителей не жалуется как будто,

— А дети? — пошутил я.

— Они славные, — повторила Завражная.

— Вы специально учились?

— Сразу после школы пошла сюда.

— Понятно. И уже кое-какой навык, конечно, появился, профессионализм?

Завражная промолчала, пожав плечами.

— А как подруга ваша, Аня Залесская, быстро освоилась? — осторожно спросил я.

— Быстро. — Эавражная вздохнула. — Дело несложное.

Главное, хорошо относиться к людям. — Маша сделала на слове «людям» ударение.

Упоминание о Залесской не внесло в настроение девушки сколько-нибудь заметного изменения. Напряжение осталось. Но почему?

— Вы с Аней подружились быстро?

— Она славная была…

— Понимаете, Маша, меня интересуют малейшие детали её поведения, настроения. Постарайтесь припомнить то, о чем я буду спрашивать.

— Понимаю. — Завражная нервно поправила чёлку. — Спрашивайте.

— Как вы с ней сошлись? Легко, хорошо?

— Она славная…

Вот упрямая девка! Заладила одно и то же.

— У вас были общие интересы, разговоры? — спросил я, быстро подавив раздражение.

— Вот, детишками занимались… Ну, и о жизни, само собой, говорили…

— И как же ей жизнь была, в тягость или в радость? — решил я попробовать напрямую.

— Всякое случалось. Как у всех.

— Были огорчения?

— Без этого не бывает.

— По какому случаю, не помните?

— Помню. Серёжку своего как вспомнит, ну и… Сколько с чужими не возись, к своему ещё сильнее тянет.

— Значит, по сыну тосковала?

— Очень.

— А почему его отправили к родителям мужа, не говорила?

— Почему же, говорила.