Смертельный рейс

Сержант госбезопасности, командовавший бойцами, проверил документы у всех пассажиров, а Когану шепнул, что им повезло. Обычно самолеты не ищут, даже не пытаются. В тайге при таких авариях не выживают, да и средств на поиски не хватает. Но тут случай особый. До места аварии можно быстро добраться. А еще – есть выжившие.

Коган подумал, что и его документы сыграли в их спасении свою немалую роль.

– Товарищ Коган!

Борис повернулся к двери и увидел вошедшую в палату высокую женщину. На вид ей было лет пятьдесят. Белый накрахмаленный халат сидел на ее фигуре как влитой.

Глаза строгие. Не оставалось сомнений, что она в этой больнице самая главная. Хозяйка.

– Здравствуйте. Я заведующая больницей, Артамонова Маргарита Владимировна. Есть у вас претензии, товарищ Коган, пожелания?

– Благодарю вас, Маргарита Владимировна. – Борис склонил голову в уважительном поклоне, порадовавшись, что сегодня утром санитарка Алена побрила его очень удачно, почти без порезов. – Претензий к вашему учреждению нет. Лечат хорошо, кормят тоже, постель чистая. Но мне хотелось бы…

– Вот и хорошо, товарищ Коган! – решительно перебила его заведующая.

 – Главное, чтобы вы поправились. Если будут пожелания или замечания, прошу обращаться прямо ко мне!

– Есть замечания и пожелания, – тут же ответил Борис. – В больнице явно не хватает мест, а я лежу в отдельной палате. Сюда вполне можно положить еще троих или четверых. Я прошу не относиться ко мне как… как…

Коган не смог сразу подобрать подходящее слово, и Артамонова этим тут же воспользовалась:

– Хочу вас огорчить, товарищ Коган, но никаких личных симпатий или чинопочитания. Я всего лишь выполняю инструкции. Вас мне положено лечить в отдельной палате с определенным набором удобств.

Если других пожеланий или замечаний нет, то прошу вас лечь на кровать и соблюдать постельный режим.

– Вы очень строги, – попытался пошутить Борис.

– За ненадлежащее исполнение соответствующих пунктов инструкции я могу получить дисциплинарное взыскание."

"После такой трудно произносимой тирады Когану оставалось только беспомощно улыбнуться и развести руками. Точнее, одной рукой, той, что не была в гипсе. Интересно, она меня специально здесь держит по просьбе местного руководства или правда соблюдает букву инструкции? И не возразишь ведь, не придерешься.

Ведет себя правильно. Только мне не резон валяться здесь, когда группа ждет! Воспаление сняли, отек прошел, заживление идет нормально. Ну с гипсом похожу, не такое уж это большое неудобство.

Лежа на кровати, Коган размышлял о своих первых шагах, когда удастся наконец выйти из больницы. Честно говоря, были у него мысли и насчет диверсии с крушением их самолета. Не хватало информации для анализа. Нет, нужно подключать Шелестова.