Супер сайз. Двойной удар
Семь лет назад я выскочила из торта вместо стриптизерши, а потом проснулась в объятиях чужого мужика. Так себе месть жениху, изменившему мне за неделю до свадьбы! Я хотела забыть это как страшный сон, но нет! На память о моем позоре остались весомые подарочки: парочка хулиганистых детей-близнецов и статус матери-одиночки. Но сегодня моя жизнь изменилась, я стала помощницей великого и ужасного Глеба Седова. У него крутой нрав, приметный шрам на щеке и несносный характер. А еще он отец моих детей, но об этом не знает, да и меня вряд ли помнит. И надо бы бежать, но мне очень нужна эта работа!
А Барабона отнеси в клетку, ему отдохнуть надо,– не моргнув глазом, сказала Прасковья. Погладила дочь по голове, отвратного крыса по спине.– И портфель не собран до сих пор. А скоро в школу. Варюша, ты сегодня за старшую.
–Ура! Вот Вовка психанет. Мало того, что ты у него отняла…
–Иди,– приказала Паня ледяным тоном. Радостно взвизгнув мелкая послушно убежала исполнять приказ матери.– Существо, значит,– прищурилась пышка, улыбаясь от уха до уха. Но мне стало не по себе. Глеб Егорович, вам очень, просто невероятно идет синий цвет. Я начинаю трепетать, – улыбка стала игривой, платье предательски начало топорщиться.
– Мы еще женаты, если ты не помнишь- зашипела Маринка, я услышал ее как –то издалека, что ли. – Ты обнаглел совсем Седов? Тут и Вовка еще? Тащишь в дом…
– Ой, простите, вы жена? А я помощниц Глеба Егоровича,– даже не повернув в сторону чертовой идиотки головы, пропела плюшка. У меня в голове взорвался салют, замигал в глазах радужными вспышками. Прасковья приблизилась настолько, что я смог ее обонять, и осязать. Платье, мать его совсем превратилось в шатер.
– А то что? И почему теперь помощницы у нас ходят по дому в нарядах проституток? Или ты помощница ниже пояса? Помогаешь моему мужу бороться со спермотоксикозом? Девушка, он гад. Так что не обольщайся. И указывать мне в моем доме, верх наглости, – в голосе моей бывшей послышалось знакомое мне ослиное упрямство. Она специально встряхнула пластиковый баллон. Да и черт с ней. Сейчас я плевать хотел на все вокруг, даже на чертову крысу, даже на платье, и на Маринку уж тем более.
Взрыв прогремел оглушительно. Комнату заволокло противным дымом, воняющим тухлыми яйцами.
Я облапил Паню за плечи, не желая выпускать. Задрал чертову пижамную кофтенку, боясь, что еще немного и у меня сорвет крышу. Черт, я же ее ненавижу. Или нет?
– Обрыбишься,– прошептала она мне в рот. – Иди спасай свою красотку. И на будущее, Вовкины карманы надо всегда проверять.
– Ах ты мелкая…– прорычал я.– Сама меня провоцируешь. Я мужик, в конце – концов."
"– Это ваши проблемы, что вы там в конце – концов. Не отпустите, снова встретитесь с моим коленом этим самым концом,– хмыкнула поганка.– Я вас не убила до сих пор, только потому, что вы заступились за Варю. И уберите свои проклятые лапы от моего лифчика.
– Да что я там не видел то? Детка, ты помнишь, как я снял с тебя то платье? И ты была очень не против тогда.
















