Суть доказательств

— Бригада выехала, — сказал Марино, ставя на мой кухонный стол портативную рацию. — Сильно сомневаюсь, что он еще бродит где-то рядом, но убедиться лишний раз не помешает.

Я впервые видела его в джинсах. Лейтенант выглядел бы почти стильно, если бы не белые спортивные носки, дешевые мокасины и серый свитер на размер меньше нужного. Кухню заполнял запах свежесваренного кофе. Сварила я его столько, что хватило бы на всех соседей. Взгляд мой метался по комнате, ища какое-нибудь занятие.

— А теперь расскажи все по порядку еще раз, — сказал Марино, чиркая зажигалкой. — Только медленно, с толком и расстановкой.

— Я прослушивала сообщения на автоответчике. Дошла до последнего. Услышала голос белого мужчины. Молодой. Послушай сам. Он сказал что-то насчет моих волос. Хотел знать, крашеные они у меня или нет. Потом добавил, что оставил подарок на заднем крыльце. Я вышла на кухню, выглянула в окно и ничего не увидела. Сама не знаю, чего ждала. Может, коробки с какой-нибудь мерзостью, перевязанной ленточкой. Когда открыла дверь, услышала, как что-то царапнуло о дерево. Эта штука висела на ручке.

Пластиковый пакет для вещдоков лежал на середине стола. И в нем «подарок» — необычный золотой медальон на толстой золотой цепочке.

— Ты его видел на Харпере тогда, в таверне? — спросила я.

— Да. — Марино поиграл желваками. — Точно. И теперь уже ясно, у кого он был все это время. Наш приятель снял его с тела Харпера, и вот тебе рождественский подарок. Похоже, он испытывает к тебе теплые чувства.

— Перестань! — раздраженно бросила я."

"— Послушай, док, дело серьезное. — Лейтенант взял пакет в руки, рассматривая медальон через пластик. — Ты заметила, застежка погнута? И колечко на конце тоже. Цепочка, наверное, порвалась, когда он срывал ее с шеи Харпера. Потом поправил плоскогубцами. Может, еще и сам носил. Вот дерьмо! — Он стряхнул пепел. — Ты повреждений на шее не заметила?

— От шеи мало что осталось, — тупо напомнила я.

— Видела когда-нибудь такой медальон?

— Нет.

Рисунок на золоте напоминал герб, но никаких надписей не было, кроме выгравированной на обратной стороне даты — 1906.

— Судя по клейму ювелира, медальон английский. Отметки обозначают, когда, где и кем он был изготовлен. Думаю, надо обратиться к ювелиру. Ясно, что не итальянский…

— Док…

— Восемнадцатикаратное золото обозначают числом семьсот пятьдесят, у четырнадцатикаратного обозначение пятьсот…

— Док…

— У меня есть знакомый ювелир-консультант в Швейцарии…

— Эй, послушай меня, — не выдержал Марино. — Это не важно. Ты понимаешь меня?

Я лепетала как истеричка.

— Даже если мы проследим всех владельцев этой цепочки и нарисуем какое-нибудь гребаное фамильное дерево, самое важное все равно не узнаем.