Суть доказательств

Доктор подтвердил мои предположения: анализ образцов крови и содержимого желудка показали, что незадолго до смерти Стерлинг Харпер приняла левометорфан, а уровень его присутствия в крови, девять миллиграммов на литр, никак не мог быть следствием случайной ошибки. Мисс Харпер покончила с собой, приняв меры к тому, чтобы в обычных обстоятельствах ее смерть была приписана к естественным причинам.

— Она знала, что обычные токсикологические тесты показывают присутствие только декстрометорфана и не обнаруживают левометорфан?

— Не помню, чтобы мы обсуждали с ней этот вопрос, — сказал доктор. — Но мисс Харпер живо интересовалась деталями лечения и расспрашивала о применяемых препаратах. Не исключено, что дополнительную информацию по данному вопросу она могла получить в нашей медицинской библиотеке. По крайней мере, когда я впервые прописал левометорфан, мисс Харпер подробно расспрашивала меня о механизме его действия. Это было несколько лет назад. Лекарство экспериментальное, и она, что вполне понятно, испытывала некоторое беспокойство…

Доктор Исмаил еще что-то говорил о своей пациентке, но я уже не слушала. Доказать, что мисс Харпер намеренно оставила пузырек из-под сиропа от кашля в камине с расчетом на то, что я найду его там, было невозможно, но у меня сомнений на этот счет уже не оставалось. Она твердо решила уйти из жизни достойно, избежав посмертных упреков, однако при этом не хотела умирать в одиночестве.

Попрощавшись с доктором Исмаилом, я положила трубку, приготовила чашку горячего чая и подошла к окну. День выдался солнечный и тихий. Сэмми, одна из немногих сохранившихся в Ричмонде белок-альбиносов, снова опустошал мою кормушку для птиц. На мгновение наши глаза встретились, и зверек — с обсыпанной шелухой грудкой и выгнутым вопросительным знаком ободранным белым хвостом — замер, продолжая, однако, сосредоточенно двигать челюстями. Мы познакомились прошлой зимой, когда я, очищая от снега стекло, заметила пытающегося перепрыгнуть с ветки на кормушку бельчонка. Деревянная конусообразная крыша обледенела, и маленький охотник постоянно соскальзывал и падал на землю. В конце концов его отчаянные усилия увенчались заслуженным успехом. Потом я частенько приносила Сэмми горсть орехов и в результате так привыкла к нему, что уже беспокоилась, когда он пропадал, и радовалась, когда он возвращался, чтобы в очередной раз разграбить кормушку.

Допив чай, я присела на край стола, вооружилась ручкой и блокнотом, подтянула поближе телефон и набрала номер «Валгаллы».

— Джини Сэмпл, пожалуйста, — сказала я, не представляясь."

"— Это пациентка, мэм? — спросила дежурная сестра.

— Нет. Она у вас работает… по крайней мере, работала раньше. Мы с ней давно не виделись.

— Минутку, пожалуйста.