Суть доказательств

Понимаешь, к чему я веду? Эл Хант знал, что Фрэнки убил свою мать, потому что они встречались после «Валгаллы». Вероятнее всего, Фрэнки работал у Ханта. Может быть, относительно недавно. Там же, на мойке, он в первый раз и увидел Берилл.

Марино устало вздохнул.

— На мойке тридцать шесть человек. Все черные, док, за исключением одиннадцати. Из одиннадцати белых шестеро — женщины. Сколько остается? Пять. Троим из них нет и двадцати, а значит, когда Фрэнки отдыхал в «Валгалле», им было лет по восемь или девять. Не складывается. Двое других тоже не подходят. По разным причинам.

— По каким причинам?

— Во-первых, их приняли на работу в последние две недели, когда Берилл там и не появлялась. Во-вторых, физические параметры совсем другие. Один парень рыжий, второй коротышка, как ты.

— Большое спасибо.

— Я продолжаю проверку. — Он отвернулся от окна — Сэмми уже забрался в кормушку — и посмотрел на меня. — А ты, док?

— Что я?

— В твоем офисе еще помнят, что ты там работаешь?

Вопрос показался мне довольно странным.

— Не беспокойся, все под контролем.

— В этом-то я и не уверен.

— Зато я уверена.

Но Марино не собирался сдаваться.

— По-моему, док, тебе пора возвращаться.

— Не раньше чем через пару дней, — твердо ответила я. — Нужно найти рукопись Берилл. Об этом меня попросил Этридж. А в рукописи может отыскаться и ключ ко всей этой истории.

— Ладно. Ты только не забывай мои правила. — Он отодвинул стол и поднялся.

— Я очень осторожна.

— И от него ничего?

— Ничего. Ни звонков. Ни сообщений. Никаких сигналов.

— Ладно. Имей в виду, что он и Берилл звонил не каждый день.

Это я помнила и без Марино. Слушать очередную лекцию не хотелось.

— Если позвонит, я просто скажу: «Привет, Фрэнки. В чем дело?»

— Эй, док, это не шутки. — Он остановился в прихожей и обернулся. — Ты ведь пошутила, правда?

— Конечно. — Я улыбнулась и похлопала его по спине.

— Серьезно, док. Ничего такого. Услышишь его на автоответчике — не поднимай трубку.

Я открыла дверь, и Марино, сделав шаг, замер от ужаса.

— Вот же, мать твою!.. — Он соскочил с крыльца и, вертя как сумасшедший головой, зачем-то потянулся за револьвером.

На моей дорожке, раздуваемый зимним ветром, полыхал пожар."

"На фоне черной, беззвездной ночи новенький «форд» Марино напоминал адский костер — огонь метался в бешеном танце, вытягивая оранжевые языки к серебряному полумесяцу. Придя в себя, я схватила лейтенанта за рукав и втащила в дом. Вдалеке взвыла сирена, и в ту же секунду грохнул взрыв — взорвался бензобак. Огненный шар рванулся в небо, осветив окна гостиной и разбросав искры, от которых вспыхнули деревца кизила на краю двора.

— Бог ты мой! — вскрикнула я, и в этот момент в доме погас свет.