Священный любовник

Мистер Д затащил свое жалкое измученное тело наверх и осторожно принял душ в загаженной ванной мертвых хозяев дома. Закончив, он облачился в спецовочные штаны и рубашку, которые, естественно, были ему велики. Закатав рукава и укоротив штаны на пару дюймов, он причесал свои белые волосы так, что они плотно прилипли к черепу. Прежде чем покинуть комнату, он воспользовался Олд Спайс, стоявшим на тумбочке парня. Парфюм уже практически превратился в спирт, так как флаконом давно никто не использовал, но Мистеру Д нравилось быть стильным.

Спустившись вниз, он заглянул на кухню, чтобы захватить кусок обоев с изображением мужского лица. Пожирая глазами его черты, он почувствовал себя возбужденной гончей, хотя его тело все еще жутко болело.

Охота началась, и он знал, кого он к ней привлечет. Существовала команда из пяти лессеров, с которыми он работал уже несколько лет. Они были хорошими парнями. Ну, хорошие, возможно, слово неподходящее. Но с ними можно было иметь дело, и теперь, когда он был Старшим Лессером, он мог отдавать им приказы.

По дороге на выход, Мистер Д нахлобучил шляпу, коснулся пальцами полей в прощальном жесте, и кинул мертвецам:

— Еще увидимся.

* * *Куин вошел в кабинет отца в плохом настроении, и был чертовски уверен, что сейчас оно только ухудшится.

Вот такие дела. В ту самую секунду, когда Куин оказался внутри, отец отпустил страницу Уолл-Стрит Жорнал, чтобы прижать костяшки пальцев ко рту, а затем к обеим сторонам горла. Прозвучала быстрая фраза на Древнем Языке, и затем документ вернулся на место.

— Должен ли я присутствовать на празднестве? — спросил Куин.

— А разве доджен тебе не сказал?

— Нет.

— Я же велел им все тебе передать.

— Тогда, как я понимаю, ответ отрицательный.

Задавая вопрос, он, в первую очередь, пытался сделать так, чтобы ответ на него стал для отца настоящей болью в заднице.

— Я не понимаю, почему они тебе ничего не сказали. — Его отец несколько раз перекинул ногу на ногу. Отутюженные складки его брюк были тонки, как край его бокала с шерри. — Я на самом деле не хочу повторять одно и то же по сто раз. Я не верю, что слишком многого…

— Но ты сам не собираешься мне это сказать?"

"— …прошу. Я имею в виду, если честно, что предназначение слуги очевидно. Их задачей является служить, а я действительно не люблю повторяться.

Отец покачал ногой в воздухе. Его восточные мокасины были, как всегда от Коль Хаан[15]: дорогая, но не бросающая в глаза аристократическая роскошь.

Куин посмотрел на свои Нью Рок[16]. Резьбовая подошва два дюйма толщиной в носке и три дюйма в каблуке. Икры обтягивала черная телячья кожа, перепоясанная шнуровкой и украшенная тремя объемными хромированными пряжками.