Свой с чужим лицом

Он бросился дальше, обернулся, увидел, как к Слесареву подбежал Краев, врезал ему по челюсти. Тот откинулся в снег, закрылся руками, что-то бормотал в оправдание своих безответственных действий.

Мухавец запутался в корнях вывернутого дерева. Другой дороги не нашел, кроме как налететь на него. Он резко дернулся, выдрал клок из фуфайки, не устоял, загремел в яму, потом выбирался из нее на четвереньках, выплевывая снег.

– Товарищ лейтенант, оставьте его. Мы займемся этим живчиком! – прокричал кто-то из братьев.

Шубин пробежал мимо человека, возившегося в снегу.

Он дико устал, его обуяла злость. Кто из них инициатор бегства? Ответ напрашивался сам собой.

Хлебников и не думал останавливаться. Он выбежал из перелеска, утонул в снегу, брел по нему, подбрасывая ноги, ежесекундно озирался. Шапка слетела с его головы. Шубин подобрал ее, перевел дыхание. Журналист начал тормозить. Он задыхался, хватался за грудь, но продолжал идти, надеясь непонятно на что. Это смотрелось гротескно, жалко.

– Может, хватит, Вениамин Георгиевич? – хрипло выкрикнул Шубин. – Признаю, это была хорошая попытка, но просчитать свои действия вы не смогли.

Может, пристрелить вас к такой-то матери?

– Стреляйте, я разрешаю, – прохрипел беглец.

Ноги его перепутались, он повалился в снег, вскрикнул от боли.

Шубин подошел к нему, отдуваясь, взял за шиворот, перевернул. Журналист едва не помер, наглотавшись снега, кашлял с чудовищным надрывом. Бить его Глебу совершенно не хотелось, разве что потом, после отдыха.

Шубин сел рядом с поверженным журналистом, привел в порядок дыхание. К ним подошел Косаренко, стал переминаться с ноги на ногу. Со стороны доносились воинственные крики.

Бойцы разбирались со своими непослушными подопечными.

Хлебников прокашлялся, приподнялся. Он был в неплохой физической форме, но давно не тренировался. Этот бег с препятствиями добил человека. Журналист выглядел подавленным.

– Я так понимаю, что вы, Вениамин Георгиевич, были зачинщиком этого поступка, – проговорил Шубин. – Признайтесь, вы Амосов, да?

– Да хрен там, – выдавил из себя журналист. – Никакой я не Амосов. Я Вениамин Хлебников, ответственный сотрудник газеты «Калининские зори».

– Ну вот, опять двадцать пять! – Косаренко всплеснул руками.

 – Товарищ лейтенант, да тресните вы его по лбу, чтобы не запирался! Нам больше делать нечего, как бегать за ними! А вдруг немцы опять появятся? Мы же с дороги как на ладони!

Это было верное наблюдение.

Они подняли Хлебникова, погнали обратно. Он покорно брел, втянув голову в плечи. Остальных красноармейцы уже вышвырнули на дорогу, используя грубую силу.

Проезжая часть была пуста. Это стоило считать крупным везением.

Люди выдохлись. Внеплановая разминка затянулась.