Свой с чужим лицом
Декабрь 1941 года. Красная Армия отбросила немцев от Москвы. Но упорные бои продолжаются по всему фронту. Группе разведчиков лейтенанта Глеба Шубина приказано уничтожить штаб германской разведки. Однако нескольким офицерам абвера все же удается спастись. Среди них – бывший советский полковник Амосов, добровольно сдавшийся в плен фашистам, за которым давно охотится наша контрразведка. Спустя некоторое время Шубин оказывается в партизанском отряде, в расположение которого незадолго до этого вышли трое неизвестных. Опытный разведчик подозревает, что один из них – переодетый предатель Амосов. Остается только выяснить, кто именно…
Места под селом красивые, рыбалка на Майе – просто дух завораживает. Надеюсь, ваша карта не в двадцатые годы составлена?
Карта была практически новой, издана весной сорок первого года. Номера домов на ней пропечатаны не были, но основные улицы обозначены.
Поселок походил на восьмерку. В центре находилась промышленная зона, в стороны от нее расползался частный сектор. Скопления жилых домов чередовались с перелесками и пустырями. Административные здания находились в западной части поселка. Там же проходила главная улица – Ленина, очевидно, оккупантами уже переименованная.
Железнодорожная станция находилась на юго-западном краю поселка. Дорога тянулась с загибом на северо-запад и лишь краем цепляла населенный пункт.
Штаб вражеской дивизии располагался на улице Кавалерийской. Она проходила параллельно Ленина. Между ними размещалась крупная районная больница, используемая немцами как солдатский госпиталь. Там же находились комендатура, полицейский участок, службы обеспечения охраны и перевозок. Улица Часовая, где размешались арсеналы, тоже пролегала по западной части Бурмихи, тянулась вдоль северных предместий, обрывалась в полях.
– Все объекты находятся в западной части села, – пробормотал Глеб. – С одной стороны, это неплохо, хотя и далеко туда добираться. К востоку от цементного завода что-нибудь имеется?
– Продуктовый рынок, – ответил Разжигаев. – Он у нас знатный был. Раньше туда колхозники из всех окрестных сел съезжались.
– Рынок взрывать приказа не было, – сказал Шубин. – Усложнять жизнь мирному населению мы не собираемся.
«Лукавишь, лейтенант, – подумал он. – Все, что творят люди с оружием, отражается на мирном населении.
– Вот здесь мы пытались подорвать пути. – Командир отряда ткнул в точку южнее городка, где железная дорога меняла направление на южное. – Прямо перед небольшим полустанком. Повсюду лес, никаких населенных пунктов. Пропустили патруль, давай полотно разбирать, чтобы взрывчатку заложить. В этот момент каратели и нагрянули с полустанка на бронедрезине. Там глухая зона за поворотом, мы не услышали. У них пулеметы на дрезине.

















