Мужчина не моей мечты

Ничуть не хуже любой другой, чтобы объяснить внезапные изменения в характере молодой графини Ольес.

— Спрашиваешь, что я увидела? — Пальцы Дальмиры безжалостно смяли белый цветок. — Племянника, неспособного консуммировать брак. Сына, увивающегося за чужой женой, за девушкой, от которой еще совсем недавно мечтал избавиться. А еще я увидела ту самую девушку, которая умело вертела ими обоими, стравливая друг с другом.

Ну вот. Еще одна преданная мамаша нашла в моем лице крайнюю. Ожидаемо, в принципе, но я все-таки попробовала оправдаться.

— Вы ошибаетесь…

Попытка бесславно провалилась.

— Я редко ошибаюсь, — холодно отрезала собеседница, — особенно в отношении собственного сына. Прежде чем делать выводы, я наблюдаю… создаю нужные ситуации."

"Тут же вспомнилась прогулка к водопадам и подозрительное исчезновение Дальмиры с воспитанницей. Интересно, она что, под благовидным предлогом бросила где-то Истель и банально подглядывала? Представив ползающую по кустам герцогиню, я не сдержала кривой усмешки.

— Зря смеешься, милочка, — вскинулась ее светлость, — как бы плакать не пришлось. Не понимаю почему, но совершенно очевидно, что мой сын увлечен тобою.

Нет, не просто увлечен, он сходит с ума до такой степени, что готов драться с кузеном. То, что случилось в библиотеке, было… отвратительно. Если ты этого не замечаешь, то «обрадую» — он на грани. Пока правила приличия и родственные чувства его сдерживают, но рано или поздно он сорвется, и тогда… Рэм вызовет брата на дуэль… Запрет тебя в своем доме. Бросит вызов целому миру, чтобы владеть тобой… Даже я сейчас не могу предположить, что произойдет. В любом случае тебя он не отпустит. Устраивает такой расклад?

Герцогиня уже не скрывала своей ярости.

Воинственно сверкая глазами, она сыпала и сыпала вопросами.

— Хочешь стать причиной гибели Ольеса, а после его смерти выйти за Саллера? Или превратиться в любовницу при живом муже? Выбирай, что больше по душе? Ты же вроде любила Трэя… Так любила, что не побоялась бежать с ним, нарушив все мыслимые нормы. Или это тоже притворство? Бедняга никогда всерьез тебе не нравился — минутная прихоть, не больше? Теперь ты опомнилась и мечтаешь вернуться к Рэму? Ждешь, что он уничтожит кузена и сделает тебя вдовой? На это надеешься, да?

— Я никому не позволю убить Трэя.

 — Я твердо посмотрела в разгневанное лицо и почти по слогам повторила: — Никому.

— Тогда что ты… вы делаете в Эрменлейве? Оба давно здоровы, пора устраивать собственную жизнь. Если у Рэма нет сил отпустить тебя, ты обязана сама убраться с его глаз. И поскорее, чтобы он наконец успокоился и забыл о своей внезапной страсти. Уговори мужа покинуть имение.

Забыл о страсти… Я сглотнула, избавляясь от внезапно возникшего на языке привкуса горечи.