Тьма в его сердце (СИ)

В его тесном графике не нашлось бы и минутки для меня.

— Он не узнает. Не узнал, — продолжала уверять подругу я.

Барбара задумчиво провела пальцем по своей щеке и кончиком языка прошлась по нижней губе.

— Очень интересно, никто из них не подумал, откуда у простой официантки деньги на развлечения, которые ей не по карману?

Кстати об этом.

— Пока я была с ним, мне не приходилось ни за что платить, — призналась я.

Барбара удивленно ахнула.

— Ты же не позволяешь платить за тебя. Кто ты и что сделала с моей подругой?

Я рассмеялась.

— Джоанна — управляющая отелем не позволяла, Джоанна — официантка позволяет.

— Надо же, звучит как раздвоение личности, — усмехнулась Барбара.

— Мне и самой так кажется, в тот вечер я вошла во вкус и играла свою роль очень хорошо. Не Оскар, но и не Золотая малина#_ftn1. Это одновременно и радует и пугает меня, — ответила я.

— Это мелочь. В любом случае на Блейке это не отразится, — поспешила успокоить меня подруга.

Я нахмурилась.

— С чего ты взяла, что я думаю о нем? — подозрительно спросила я.

— У тебя на лице написано, — пожала плечами Барбара.

— И что же там написано?

Подруга задумчиво приложила палец к губам.

— Словно ты отобрала леденец у ребенка, — усмехнулась она. — Расслабься, и получай удовольствие.

Я потянулась к стакану, чтобы смочить горло.

Почему-то я совсем не чувствовала себя расслабленной. При мысли о том, что Блейк все узнает, мне становилось не по себе.

— Он все еще без ума от тебя или стал терять интерес? — вдруг спросила подруга.

Вспомнив его нетерпеливые, полные жара и желания прикосновения я коротко улыбнулась: ох, он совсем не терял интерес, а скорее наоборот, его интерес рос в геометрической прогрессии.

— Он не без ума от меня, но я все еще его любимая игрушка, — вызывающе ответила я, наблюдая, как губы Барбары кривятся при слове «игрушка».

— Отвратительно, — выплюнула она.

— Сама подбила меня на это, — пожала плечами я.

— Я говорю о том, что это звучит отвратительно, но раз мы говорим о Блейке, твоя правда, ты для него игрушка, — ответил Барбара, разводя руки в стороны.

Игрушка.

Я для него игрушка. Кукла, с которой он еще не успел поиграть как следует. Но когда Блейк получит свое, то переключится на новую игрушку. А меня постигнет участь всех ненужных вещей.

Хотя если узнает об обмане, то точно свернет.

От этой мысли мне стало грустно. Не то, чтобы я хотела иметь какие-то настоящие отношения с ним, но и быть лишь игрушкой меня не прельщало.

Я никогда не была игрушкой для кого-либо. На самом деле мой опыт в любовных делах был сопоставим с размером нашей Солнечной системы в галактике Млечный Путь: он был ничтожно мал.

— А он игрушка для меня, — добавила я, наивно полагая, что от этих слов мне станет легче.