Музыкальный приворот

— Он еще и издевается! — с силой стукнула по плечу, обтянутому модной фирменной футболкой, глава всей этой шайки-лейки.

— Я не издеваюсь! — обиженно проговорил Сережа, который искренне считал этих людей немного отстающими.

«Чего еще за гопники в возрасте? Куда мир катится?»

— Домофон! Ты сломал домофон! — обвинительно заявил дед.

— И кажется, лифт! — не был так скоропостижен в выводах второй дедушка.

«Домофон? Лифт?» — начал лихорадочно перебирать в голове события минувших лет Нинкин брат. И тут ему вспомнилось, что пару лет назад, во времена почти что счастливого скейтерского детства, он и его приятели, кажется, что-то кому-то ломали именно в этом доме и баловались по домофону.

Даже нужду малую где-то справляли. Сейчас, конечно же, Журавль ничего подобного делать не стал бы, но тогда чего он с пацанами только не вытворял!

«Они что, меня пару лет выслеживали? — забурлили мысли в голове Сергея с новой силой, — все ждали, когда меня поймать смогут, что ли? Вот это да, — обвел он очумелым взглядом ругающихся, — вот это злопамятность. Не люди — а натуральные зомби!»"

"— Почему наш подъезд, молодые люди? Зачем портите-то все? А с виду такие приличные, — обратилась к Нинке тем временем тетка с метлой.

— И не шпыняй меня своим глазками, не шпыняй! — тут же переключила свой гнев на Нинку женщина с грушей вместо носа, потому что Журавль действительно несколько косо смотрела на обидчиков.

Терпение ее было на исходе. Девушка отмалчивалась недолго. Ее и так плохое настроение, полученное буквально только что, после встречи с мерзким Бабой-ягой, у которого, можно подумать, и дел других не было, кроме как донимать ее, Ниночку, опустилось еще на пару градусов.

— Эй, вы! — громким, хорошо поставленным голосом, чем-то напоминающим известный голосок главной злодейки из мультфильма «Сто один далматинец», заорала Журавль так, что окружившие их с братом люди вздрогнули. — Я что-то не поняла прикола, граждане, мать вашу всеобщую.

— Ты как выражаешься? — опешила предводительница балагана.

— Бескультурщина, — сплюнул мужчина на землю.

— Козлодой, — наградила его очередным ярким эпитетом моя подруга. — Проваливайте, господа психопаты.

— Мы милицию вызовем! Сколько можно уже нас терроризировать?

«И весь день — в мусорку! Да что же это такое!» — подумала она, чувствуя, как в ней поднимаются все новые и новые волны ярости, как у защитников Родины в трудные военные годы, идущих на фашистов.

Начался этот день у Нинки очень неприятно. Встала она поздно — часов в двенадцать пополудни. А всю ночь девушка провела на бескрайних просторах Интернета, уютно устроившись с новеньким сверкающим нетбуком в постели.