Ты станешь моей

Вон как Ирина пищит от восторга при виде шубы, чуть ли не кипятком писает, уже готова по щелчку пальцев встать передо мной на колени и ширинку расстегнуть. Хоть там, в магазине, рассчитавшись за щедрый дар на месте. Ники же носик морщит, пар из ушей выпускает. А мне нравится, как она злится! Она такая горячая… Да мы созданы друг для друга! Два кипящих кратера.

Вероника убежала прочь. Поймала такси у торгового центра и умчалась домой. Я ехал за Никой до самого дома. Прятался в тени, хотел убедиться, что она благополучно добралась домой. Ненавижу такси. Понабирают маньяков по объявлению частные фирмы. Сейчас в такси может работать кто угодно. Так, лучше не думать о плохом. Ника зашла в подъезд. Грустная такая… На сердце вдруг стало холодно. Немного больно. Как будто обидел её.

Я вообще-то её спас от хулиганов, а она и спасибо не сказала. Нагрубила, ножкой топнула, характер опять показала. Бесит.

Через пятнадцать минуть я вернулся обратно к торговому центру. Думал, сбросить пар по-быстрому, закипел ведь. Невыносимо. До боли в главном органе. В трусах всё зудит, рвётся и трещит по швам, как натянутые струны. Надо расслабиться. Выплеснуть гнев, иначе, клянусь, убью кого-нибудь случайно под давлением мужской жидкости, что давит уже не между ног, а на мозги."

"Тем временем ко мне в тачку подсела Ирина. Заулыбалась, засияла, как полярная звезда. В новой шубе, разукрашенная, как матрёшка, «выкупанная» в духах. Ненавижу таких кукол. Как статуэтки. Ну те, сувенирные, с рынка. Точно матрёшки базарные. Краснощёкие, пухлогубые утки. Искусственные. Роботы.

Весь путь от бутиков к дому Ирина жужжала мне в оба уха. Я, наверное, слегка даже оглох. Когда мы доехали до места назначения, мне перехотелось. Упало всё в штанах от этого писклявого воя. Приглушив двигатель, я повернулся к девушке и сказал ей с привычным акцентом:

— Спасибо, Ирина, что составила мне компанию.

Она быстро вытащила из сумки салфетку, вытерла помаду на губах. Отстегнула ремень безопасности и, наклонившись, потянулась к моей ширинке красными наманикюренными ноготками.

Э, нет, дорогуша. Не сегодня. Лучше в кулак… Чем в рот шлюхе. Не могу. Не стоит ни на кого. Кроме… НЕЕ. Стоит так, аж по швам трещит! Её хочу. Вредину мою.

— Не стоит, Ир, — я выставил вперёд ладонь, оттолкнул девушку. — Иди домой. Я позвоню.

— А? — продавщица выпучила глаза.

— Иди. Ехать надо, — голос стал грознее.

— Ну ладно, — она пожала плечами, послала мне воздушный поцелуй и выскочила из тачки. Явно расстроенная и сбитая с толку.

* * *Я пулей влетел в квартиру. Прямым ходом в душ. На ходу разделся, расшвырял одежду где попало. Р-р-р, как же член дико болит. Ноет. Пульсирует. Как кусок раскалённого свинца.

Я лишь один раз провел пальцами по стволу, сжал головку и… Вспышка! С дрожью, током по нервам.