Ты станешь моей

Оказавшись внутри яркого, мигающего радужными бликами помещения, я почти огрызнулась в ответ подруге.

— Вот не надо сегодня про мужиков. Козлы они. Самцы похотливые. Бегают за одной, а зажимаются по углам с другой, — я бросилась к барной стойке и приглушила рюмку водки.

Подруги рты пооткрывали.

— Ну ты даёшь! Случилась что-то? — взволновано спросила Ната.

— Всё зашибись, — от одного глотка «горючего» язык уже начал заплетаться. Я даже в ладоши хлопнула от азарта. — Айда танцевать! Сегодня — никаких проблем! Только мы, водка, веселуха!"

"Я не ожидала, что так быстро опьянею. Плохая «я» внутри меня решила на день продать душу дьяволу. Не знаю, с чем это связано? ПМС? Или злость на Волкана? В любом случае я просто сорвалась. Не хотела. Так вышло. Сама от себя не ожидала. Неужели из-за мести ему? Я бы с Женькой с удовольствием замутила, хоть прямо сейчас, но он уехал на несколько дней. А мне захотелось расслабиться и забыться.

Сегодня запрет на образ «хорошей девочки»! Я надела облегающее красное платье чуть выше колен. Волосы распустила, накрутила пышными волнами на плойку. На ногах — модные ботфорты из замши на каблуке. Лицо украшает броский макияж. Один раз можно. Побыть плохой горячей штучкой. Ничего ведь не случится? Со мной рядом девчонки. А в сумке лежит перцовый баллончик. Однако я себя недооценила. Так как я не пью от слова «совсем», то я быстро потеряла счёт времени, опьянела, растворилась в забвении, забылась, пропала. Всё стало неважным. Тело расслабленно, в душе — штормит. Так хорошо, весело, ярко на душе. И почему я так редко посещаю клубы? Как бальзам на душу. Время ведь идёт, а молодость не вечна.

Рассмеявшись, после четвертой рюмки я пустилась в пляс с такими же подвыпившими девчонками. Народу сегодня была уйма. Не протолкнуться к танцполу, на котором уже вовсю отрабатывали девушки в блестящих шмотках, а диджей-заводила крутил «пластинки» на своей «шарманке».

Я изгибалась, как лоза, под зажигательную музыку, мужчины сверлили меня жадными взглядами, некоторые из них обступили меня со всех сторон, отделив от девчонок. К горлу подступила тошнота. Пошатываясь, я вернулась к барной стойке. Уселась напротив бармена и непроизвольно начала молоть языком то, что накипело, как батюшке в церкви.

— Ко мне лезет, а с Ирочкой в с-свободную минуту на телефоне в-висит, шушукается. Что за?.. Ну точно б-бабник. Я видела, как на телефоне м-мелькает её имя. Подлец! — картавила, будто во сне, еле-еле управляя языком.

Я рассказывала эту дичь бармену. А он лишь хмыкал, делая вид, что внимательно меня слушает, и продолжал натирать стаканы.

— Всё надоело! — треснула рюмкой по столу. — Надо искать ему з-замену. Найду нормального а-адекватного парня, забуду этого п-проклятого демонюгу.

Рюмка за рюмкой. Стопка за стопкой.