Ты всё ещё моя (СИ)

«Молчание я приму как вседозволенность…»

Нет… Нет! Я готова бороться!

13

Нет, уйти ты не можешь.

– Эта девушка… – мягко стартует мама. Поджимая губы, выдерживает паузу, хотя уверен, что вспоминать имя ей не приходится. Сжимая челюсти, сосредотачиваю взгляд на дороге и просто жду, пока закончит. – Лиза, да?

Напряженно тяну ноздрями воздух. Делаю вид, что нагло втискивающийся передо мной мудак отнимает все мое внимание. Но секунд пять спустя кивать все же приходится.

С мамой мы никогда не поднимали тему Богдановых, и все же я знаю, отец не мог ей не рассказать.

– Она выглядела очень расстроенной. Мне ведь не показалось?

– Не знаю. Я не заметил, – голос сухой, аж трещит.

Нутряк скручивает. По плечам и спине летит дрожь. Но перед своим сознанием я упорно отметаю все эти реакции.

– А я заметила, – будто бы просто рассуждает мама. – Мне кажется, она и убежала, чтобы не расплакаться перед нами.

– Не выдумывай, – шумно выдыхаю.

– Я не выдумываю. Анализирую то, что вижу, – отражает спокойно. – Ты тоже раньше был весьма сообразительным, высоко эмпатичным и, я бы даже сказала, мудрым.

Мама выдает и замолкает. Проезжаем коттеджный поселок, который ей нравится, и она, как обычно, подвисает, любуясь обилием зеленых насаждений.

– Последнее ты к чему? – не выдерживаю, хотя не собирался впрягаться в этот странный диалог.

– Да ни к чему, – пожимает плечами. – Удивилась, что ты не заметил. Вот и все.

Вздох, который я произвожу, волей-неволей получается шумным. В груди, будто шквальный ветер поднимается. Заворачивает по периметру, усиливая то дикое жжение, что назойливым фитильком точится в левой части с тех самых пор, как в моей жизни снова появилась Богданова.

Лучший способ закрыть тему – оставить фразу собеседника без ответа. Поэтому я и молчу, несмотря на то, что вдруг находятся сотни слов относительно ситуации и около нее. Гашу все, лишь бы не прорвало то самое, что мне на хрен не надо.

– Папа говорил, что только на выходные приедет? – спрашивает мама пару минут спустя.

Киваю с некоторой долей облегчения. Переключились.

– Да, говорил, что в понедельник обратно придется лететь.

– Сплошные проблемы с этим филиалом. В столице будто какие-то другие законы и нормы. То, что проходило у нас в Одессе, там не проходит.

– Ну, какие законы, мам? – усмехаюсь я. – В каждом регионе свои загоны. Так было всегда. Папа спокоен, и ты не нервничай зря. Все решится, просто на неделю позже."

"– Хочется, чтобы он был дома. Я не привыкла вот так, порознь. Тяжело.

– Тяжело, но мы справляемся.

– Еще эти обследования… Раздражает, что все затягивается.

– Уверен, все под контролем, мам. Евгений Михайлович просто дотошный человек, потому и гоняет тебя по всему списку, – смеюсь, чтобы хоть как-то ее взбодрить.

– Да уж, – подхватывает мама.