Ты всё ещё моя (СИ)

Только после этого подаюсь на волю, сдергиваю презерватив и со стоном заливаю дрожащий живот и покрасневшую на пике оргазма торчащую грудь густыми потоками спермы.

Каждый вечер, что не виделись, мечтал ее ебать. Но запрещал себе даже дрочить. Последствия накопились. Дорвался, долго мучить буду. Не могу спокойнее.

На второй заход сажусь на диван и заставляю Дикарку прыгать сверху. Никогда особо не любил эту позицию. Но в случае с Лизой меня прет все, что ее смущает.

– Двигайся. Не думай. Можешь закрыть глаза, – выписываю исключение. Когда она прикрывает веки и замирает, продолжаю осипшим голосом: – Тебе же нравится мой член? Знаю, что нравится. Забудь, что я смотрю. Лови ритм для себя. Поскачи, как тебе в кайф будет, хорошо?

– Хорошо, – шепчет сдавленно.

– И помни: как только кончишь, опускайся на пол. Хочу кончить тебе в рот.

– М-м-м…

– Ты же начнешь думать об этом, пока будешь прыгать?

Наверное, впервые при ней улыбаюсь. Сам поздно осознаю. Благо зашоренная Дикарка не видит. Красная, от стыда горит. Но кивает.

– Озвучивай, – давлю, наслаждаясь ее смущением, будто извращенец особой категории.

– Да… Буду думать, Артем…

– Отлично, – выдыхаю, сжимая ладонями ее бедра. Приподнимая, помогаю со свистящим вздохом обратно вобрать свой член. – Двигайся. Сама, – напоминаю.

Вначале раскачивается скованно. Больше пыхтит и еще гуще краснеет. Но в какой-то момент отпускает ее дискомфорт и стыд. Преследуя свое удовольствие, скачет все быстрее. Ошалевшим взглядом наблюдаю за тем, как она кайфует – губы кусает, стонет страстно, пальцами соски сжимает и прыгает, прыгает... Несколько раз чуть раньше времени не улетаю. С трудом торможу себя."

"Хриплю, захлебываясь сладкой мукой, когда обволакивает своей пульсацией. А уж когда дожидаюсь своего звездного часа – падает на колени между моих ног, сама резину скатывает и, увлеченно надрачивая, жадно, с явным наслаждением вбирает меня в свой идеальный рот.

Инстинктивно съезжаю ниже. Запрокидываю голову на спинку дивана. Рублю что-то на матерном. Распадаюсь под напором голодного обсасывания.

– Соси… Соси… Блядь… Соси, Дикарка… – долблю забитым эмоциями голосом, наполняя ее рот спермой.

Она сосет. Исправно сосет. Старается и сама прется, чувствую. Но и я не прекращаю двигаться навстречу, пока волны экстаза полностью не стихают.

А после… Кружит вокруг нас какое-то проклятое чувство. Настигает со спины. Рубит с размаху. Через нее же оно и прорывается в грудь. Расползается там неким энергетическим свечением. Чем наполняет? Не в силах определить.

Не рассчитал. Явно в два этих раза выдал больше, чем планировал. Пытаюсь поймать баланс. Но пока Богданова рядом, получается хреново.