Ванька-ротный

Все думали, что вот теперь немец обязательно проснется. Я подумал, вот он сейчас качнёт немца и бросит обратно в сугроб. И действительно Елизаров приподнял его еще раз над землёй и потряс им в воздухе как заплечным мешком. И сказал при этом:"

"– Не будем же мы стоять перед ним и ждать пока он выспится! Елизаров бросил его обратно в сугроб. Это как в анекдоте! Немец ткнулся боком в мягкий сугроб. Удар пришелся ему в самый раз, чтобы проснуться. Он залепетал что-то быстро по-немецки, открыл глаза и уставился на нас (ничего не понимая). Сначала он рассматривал наши белые маскхалаты, потом небритую рожу Елизарова.

И когда тот дыхнул ему в лицо перегаром махорки, немец поперхнулся, закашлял и заморгал (глазами). Он смотрел на нас, как на пришельцев с того света. Вот он помотал годовой, протер кулаками глаза, и произнёс хриплым голосом, как это делают люди не верящие видению:

– Нейн, – нейн! Дас ист унмёглих! (Нет-нет! Это невозможно!)

Он, вероятно, подумал, что всё это во сне. Он не хотел верить реальности. Он думал, что это наваждение.

– Яа-яа! – подтвердил я ему. (Да-да!)

Немец посмотрел на меня и сразу всё понял.

– Хенде хох? – спросил он меня. (Руки вверх)

– Натюрлих! – подтвердил я, (Конечно!)

И немец, посмотрев ещё раз по сторонам.поднял руки вверх, как положено. Елизар обыщи его для порядка! Документы мне! Трофеи разделить на братию.

Солдату мой приказ пришелся по душе (понравился). Документы и всякие бумажки солдату не нужны. Немец пришел в себя окончательно, когда Елизар прошелся у него пальцами по бокам и карманам.

– Ну вот теперь гут! – сказал я и сделал немцу знак рукой, чтобы он опустил свои руки.

Перед нами стоял немец лет тридцати.

(я посмотрел документы и)Я спросил его насчет обоза (где их обоз), почему он отстал (от обоза), сколько солдат и повозок в обозе, куда они следуют? Отправить немца в тыл под конвоем (солдата) я просто не мог. У меня шесть солдат и каждый из них на счету (на вес золота). Не было никакого смысла распылять своё войско на части. Если бы не ветер и не холод я остался бы с немцем на месте и стал (своими солдатами) поджидать на дороге свой батальон. Но ветер, летучий снег и лютый мороз погнал нас вперёд на деревню. Я надеялся, что обоз уже ушел из деревни. Оглядываясь по сторонам, (вперед и назад) мы двинулись по дороге. При подходе к деревне мы свернули в овраг. Немец шел под охраной (лично Уварова) солдата. Чтобы фриц не сбежал, он привязал его за ногу верёвкой. А другой конец держал в руках, намотав его себе на ладонь. Я посмотрел на эту пару связанную одной верёвочкой, рассмеялся и сказал:

– (Он Уваров) От тебя и так не сбежит. (Батальонное начальство увидит, будет повод прицепиться). И зачем тебе поводок, когда у тебя есть винтовка.