Ванька-ротный
Шумилин Александр Ильич
Разведку дороги я проведу. В деревню войду, если она не занята немцами. А держать оборону не буду.
– Ладно! – сказал Максимов
– Разведаешь дорогу, войдешь в деревню и действуй по обстановке!На войне жизнь пехотинца мало что стоит. Боеспособность полка определялась количеством штыков в стрелковых ротах. Какая тут тактика и стратегия, когда в сорок первом воевали с винтовками наперевес. Боевые приказы отдавать легко и просто (отдавались ясно и просто).
– Видишь деревню?
– Какую?
– Вон ту!
– Вижу!
– Вот пойдешь и возьмешь её!
– А как её брать?
– Ты что, первый день на фронте? Теперь тебе ясно? Это приказ дивизии! (Кончай разговоры и давай вперед!)
– Чиво? Чиво? Мы сами знаем, что патронов мало!
– Что мы делаем? Наверху знают, чем мы занимаемся.
Спросите в полку штабистов наших, где похоронены солдаты и лейтенанты. В похоронках названия деревень и населенных пунктов были указаны, а где на самом деле остался лежать убитый солдат, этого никто не знал.
– За этими ротными только смотри.(приходится подгонять. Что за народ! Так и хотят от дела отлынить)! – вспомнил я крик и ругань комбата.
– Что ты сказал? – кричит он в трубку.
– Взять деревню не можешь?
– Хватит лежать! Ты все бока пролежал! Роту подымай! Лежит под деревней и не чешется!
– Что-что? Ты мой голос по телефону не узнал?
– Кузькину мать знаешь? А! Теперь и голос признал? Я этого и сейчас ожидал.
– Елизаров – позвал я своего зама.
– Раз ты мой заместитель, пройди по деревне, наметь посты и поставь часовых! Посмотри в домах, не висят ли где ходики. Смену часовых по часам будем (делать) производить. Ветер и снег теперь гудел и метался в печной трубе. В такую ночь немцы на дорогу не сунуться. В темень и метель с дороги легко сбиться. По одному часовому на концах деревни вполне, будет достаточно.

















