Ванька-ротный

Место, где стояла больница, я нашёл по битому кирпичу. О том, как она исчезла, я расскажу особо. Зима сорок первого года нам запомнилась лютой и голодной. Каждая малая кроха хлеба имела для солдата жизненное значение. Вот почем знакомство с послевоенным городом Белым началось именно со столовки. Мне казалось, вернись я сейчас опять в Белый, и я буду снова там голодать. но столовские щи со свининой развеяли все мои сомнения. В январе сорок второго снег, мороз и метели загнали немцев в натопленные дома. Они не вылезали из них и держали оборону. Без техники они наступать не могли.

Танки зимой по глубокому снегу не шли. Моторы глохли на сильном морозе. Топливом для танков у немцев служил голубой эрзац-бензин. В городе и на окраине в руках у немцев были все жилые дома. Немцы были не дураки, они не стали занимать пустой и холодный подвал. Им в голову не пришло, что в каменный обледенелый подвал можно засунуть живых людей и заставить там сидеть целую зиму. Наш генерал рассуждал иначе. Винный погреб он окрестил складом с/х машин и велел посадить туда полроты солдат (с винтовками). Не думайте, что я тогда был недоволен своим генералом. Совсем наоборот. Я верил ему и всем, кто вокруг него крутились. Я тогда всё принимал за чистую монету. Надо значит надо! Для родины, за советскую власть мы на всё готовы! Генерал заткнул полроты живых солдат в каменную могилу, и рука у него не дрогнула, когда он подписал такой приказ. \Он нас за людей не считал.\ Мы тогда были просто солдаты! В подвале сидел взвод, а в «кузню» посадили двух солдат. Двое вроде мало. Доложили ему – он приказал добавить третьего. Что? Тесно? Некуда сунуться? Ничего! Русский солдат, как вша, в любую щель пролезет! А не мешало бы самому Березину и его заму Шершину посидеть денёк-другой в кузне или подвале. Не стал бы тогда Шершин в своих воспоминаниях врать, как сивый мерин. Видно, названия «кузня» и «склад с/х машин» были приятны и созвучны душе генерала. «Захвачена кузница!» – видите, как звучит. \Во время войны офицеры рангом повыше выпивать «не любили».\ Название «винный склад» у начальство вызывало раздражение. Часовня тоже не подходила для обитания живых. Каменная часовня имела всего три стены. Снизу земляной пол и пьедестал из кирпича на два покойника, с возвышением. Впереди пустой дверной проём смотрел в сторону больницы. Немцы из окон больницы простреливали его. Он был открыт для ветра и снега. крыши над головой не было \, колкий снег гулял здесь с утра и до утра\. Трое промёрзших солдат держали здесь оборону. Они по приказу генерала сторожили часовню. \В апреле сорок второго ни генерала, ни часовни не стало\. Немцы Ника не предполагали, что русские заползут в обледенелые стены. Наши стрелковые роты в Белом встретились с немцами в январе сорок второго.