Ванька-ротный

Разведчикам за неделю перед выходом в ночной поиск спиртного вообще не выдавали. Оно накапливалось у старшины.

Выпив кружку чаю, я лег и тут же заснул. Во сне я слышал раскаты грома, шипение дождя и завывание ветра."

"Когда я проснулся и вышел из блиндажа, присел на пустой снарядный ящик и закурил, ко мне подсел старшина и рассказал, что произошло, пока я спал, на нарах.

– Командир дивизии отдал приказ и два полных батальона, стоящих в резерве перешли в наступление.

– Это наш третий батальон и соседнего полка из второго эшелона?

– Вроде так!

– Ну, а дальше что?

– Он приказал им днем, схода, пройти болотистую низину, форсировать Царевич и сбить немцев с Кулагинских высот.

После короткой артподготовки, около двенадцати часов дня пехота во весь рост спустилась с бугра Крестовой и вошла в болото. Никто не ожидал, что именно в этот момент, на подходе к Царевичу шли самолеты противника.

Самолеты эшелонами, группа за группой появились над поймой реки. Солдаты не успели дойти до реки, а на них уже посыпались бомбы. Два полнокровных батальона, это около тысячи, активных штыков, не считая штабов и полковой артиллерии.

Все они остались в болоте. Наступление захлебнулось.

– Все не могли погибнуть, старшина!

– Говорят, небольшие группы наших стрелков успели перейти Царевич, вышли к подножью высот и спаслись от бомбежки.

Немецкие самолеты бомбили не только пойму Царевича. Бомбы сыпались кругом и на бугор Крестовой, где находился наблюдательный пункт командира полка. Бомбежка продолжалась до вечера. Сизый дым и темные облака поднятой в воздух пыли стояли над землею. В горло першило. Нечем было дышать.

К вечеру появились первые раненые. Как обычно те, кто мог самостоятельно двигаться.

Сколько убитых и сколько живых осталось в болоте, никто толком не знал. Там наверно были и тяжело раненые.

Рязанцева, с группой разведчиков, накануне отправили в первую роту.

– С каким заданием пошёл он туда? – спросил я старшину. Старшина не мог ничего ответить.

К вечеру от Рязанцева пришел разведчик раненый в руку. Он зашел к старшине, чтобы забрать свои вещи. Старшина всё аккуратно сложил и надел вещмешок ему за спину. Солдат думал, что его с рукой могут, отправить в глубокий тыл на лечение.

– Танки наши сгорели! – сказал солдат.

– Они вышли на равнину, и попали под бомбежку. Пикировщики на них налетели.

– В первой роте потери не большие! С десяток солдат. Наши все живы, кроме двоих. Меня в руку осколком ранило. Двоих наших ребят убило. Вороткову осколком попало в живот. А Лагутину обе ноги оторвало. Рязанцев с ребятами до утра в первой роте будет сидеть. Так сказали в штабе полка. Рязанцев со мной послал в штаб связного. Связь не работает. В болоте много убитых лежит. Утром в первую роту капитана Павленко хотят послать.