Ванька-ротный

Добравшись до своей лесной хибары, соскочил на землю, кинул повод на руки, стоявшему часовому, позвал ординарца и велел ему садиться верхом.

– Поезжай к старшине! Кобылу в тылы полка сдай! Разрешаю тебе на сутки остаться у старшины в палатке. Отдохни! Потом вместе со старшиной, через сутки, сюда вернешься!

В хибаре вместе со мной находился ординарец и иногда приходил Федор Федорыч. Когда являлся командир взвода, ординарец уходил спать в палатку к ребятам, где сидели и дежурные телефонисты.

Не успел я развалиться на нарах в своей хибаре, слышу за занавеской, перед входом, покашливание нашего старшины.

Ординарец уехал. Они видимо встретились где-то на дороге. Тимофеич молча прилез в хибару, достал откуда-то из-под себя обшитую войлоком фляжку и постучал железной кружкой по краю стола. Это он из нее карманный мусор вытряхивал.

Отвернув горлышко у фляги, он нацедил в кружку спиртного и осторожно, молча подвинул мне. Я посмотрел на него, покачал головой, взял кружку, сделал несколько глубоких глотков и вернул ее старшине. Он обхватил кружку своей шершавой ладонью, опрокинул в нее горлышко фляги, нацедил, сколько нужно и молча, вздохнув, вылил в себя.

Не говоря друг другу ни слова, мы выпили еще раз и закусили сальцем.

– Ну что, товарищ гвардии капитан? – пробасил старшина, когда я прожевал и затянулся сигаретой.

– Как вас, там угощали?

– Не спрашивай старшина! Там по списку и по сто грамм на каждого, что положено!

– С меня на складе за вас продукты и водку вычли."

"– Может еще, грамм по сто махнем? Что-то на душе не спокойно?

– Нынче я получал на складе продукты. Кладовщик отмерил водку на взвод и одну мерку выплеснул обратно в бочку.

– Больше по краям разплескаешь! – говорю ему.

А он свое:

– Положено и отбираю!

Я протягиваю ему часы с браслетом и говорю:

– С тебя Филичев четыре фляжки чистого спирта причитается! А ты стограммовой меркой водку переливаешь. Больше по краям разплескаешь, чем обратно в бочку попадет!

– Это казенное! А это свое! А свое, это совсем другое!

Взял у меня часики, прислонил к уху и давай наклонять голову туда и сюда. Это он слушал, не измениться ли звук хода при наклоне головы, как в старых часах.

– Не верти головой! Ходят как надо! Разведчики старые часы в обмен на чистый спирт не дают.

Я вот проверю сейчас твой спирт, не подлили ли ты туда водицы?

– За товар первого сорта, я тоже даю не разбавленный! Из этой бочки я для начальства даю.

– Давай лей Филичев четыре фляжки чистого и смотри, чтоб как детская слеза!

Если ребята узнают, что налил разведенного, повесят тебя Филичев на первом суку. И никто не будет знать, где ты отдал концы.

– Так что теперь, товарищ гвардии капитан, у нас есть запас спиртного.

– Разрешите идти ребят кормить?

– Иди старшина! А я отдохну немного.