Развод с миллиардером

Он подходит к двери, той самой, что так манила меня все это время, и прикладывает к замку пластиковую карту-ключ. Короткий сигнал, и проход открыт. Я медлю лишь мгновенье, поднимаю на Тимура взгляд, полный вызова, прохожу внутрь и застываю на месте.

Сколько раз я представляла, что находится в этой комнате, но вот увидеть здесь детскую для мальчика точно не ожидала. Все мои надежды и мечты растворяются, превращаются в прах при взгляде на синюю стену, плюшевого медведя и светильники в виде тучек.

У Тимура есть ребенок. Сын. Маленький мальчик. От другой женщины. И женщина тоже есть, скорее всего.

Слишком больно осознавать это.

Я оглядываюсь по сторонам. Белая кроватка, комодик, шкафчик с игрушками. На тумбочке в рамке единственное фото в этой комнате. Я беру его в руки, и по телу проходит электрический заряд. На ней Тим. Он счастливо улыбается, держа на руках малыша. Совсем еще кроха. Годик, может, полтора, не больше. Я жадно вглядываюсь в черты лица малыша, пытаясь отыскать схожесть с мужчиной, но он, скорее всего, похож на мать.

Все это время Тим молча наблюдает за мной, давая мне время осознать тот факт, что у него где-то есть семья. Зачем тогда ему я?"

"– Почему ты не сказал? – резко поворачиваюсь к нему, впиваясь пальцами в рамку с фотографией с такой силой, что ещё немного – и стекло треснет под моим натиском. Мой голос звучит так глухо, что я удивляюсь, как Тиму удалось расслышать меня.

– Это не так просто сделать, Майя, – невесело усмехается он.

– Что именно? Сказать: Майя, знаешь, у меня есть сын? – язвлю я. – О да, это очень-очень сложно, Тимур! – повышаю голос и взмахиваю рукой в воздухе. Чувствую, как от злости краснеет лицо, но успокоиться не получается. – И где он сейчас? Ты прячешь от меня своего ребёнка? Как это мило с твоей стороны, Тимур.

Аврамов не отвечает на мое замечание. Он вообще выглядит уставшим, осунувшимся, с темными кругами под глазами. Словно это он только что узнал о наличии у меня ребенка от другого мужчины, а не наоборот.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Нет, я, конечно, понимаю, что мы восемь лет не виделись, он и я взрослые люди со своими потребностями, да и я два года пыталась забеременеть от Саши, но зачем было молчать все это время?

Аврамов прячет руки в карманах, пересекает комнату и опускается на тахту у окна, откидывается на спинку, вытягивает перед собой ноги и устремляет взгляд в потолок.

– У меня был роман с моделью, – голос Тимура глухой, безжизненный. Выражение его лица отстраненное, словно сейчас он не здесь со мной, а где-то в своих воспоминаниях.

Я вся превращаюсь в слух.