Развод с миллиардером

– Я нанял няню, поселил их в загородном доме, у меня тогда еще не было судоходной компании, только моя стивидорка, поэтому с легкостью перенес главный офис в столицу, чтобы быть чаще рядом с сыном. О Кате я и думать забыл, мы ведь с ней все порешали, она исчезла из наших жизней, а когда Ярику исполнилось четыре месяца, мне позвонила няня и в приступе истерики сообщила, что мой сын пропал.

Его грудь тяжело вздымается, а на лице играют желваки. Я замечаю, что Тим злится, пальцы сжаты в кулаки, он весь напряжен. Я тоже. Мне не нравится, в какую сторону сворачивает рассказ. История будет нелегкой, понимаю я."

"– Она оставила его в коляске в саду на несколько минут, отошла за детской смесью, чтобы покормить его, а когда вернулась, коляска оказалась пуста. У меня не было тогда охраны, потому что в этом не было надобности. Я не успел нажить себе врагов, да и в стране я никому особо не был интересен, бизнес я вёл за границей, поэтому совершенно не понимал, что происходит и кому мог понадобиться мой ребёнок. А когда просмотрел записи из камер наблюдения, то не поверил своим глазам. Катя какого-то хрена вернулась и решила забрать сына. До сих пор не знаю, чего ей надо было: еще денег или же материнский инстинкт проснулся и совесть замучила? Да и никогда не узнаю. Их нашли через три часа. В морге, Майя. И Катю, и моего сына.

Его кадык дергается, он делает резкий вдох, тянется к воротнику, оттягивая его в сторону, словно он душит его, как удавка.

– О господи, – выдыхаю я, едва держась на ногах.

Хочется рвануть к Тимуру, обнять его, утешить. Ведь это в десятки раз больнее, чем потерять нерожденного малыша. Я не держала его на руках, не планировала его жизнь, не видела его глаз, не чувствовала запаха. Моя боль, по сути, ничто в сравнении с его.

– Погоди, но ведь малыш на фото гораздо старше, – с недоумением перевожу взгляд на рамку, которую всего несколько минут назад готова была разбить о стену.

– Катя так спешила скрыться, что не справилась с управлением. Она вылетела на повороте на встречку и на скорости врезалась в другой автомобиль. Молодая семья ехала на отдых на море. Мать, отец и шестимесячный ребенок. Ребенок выжил. Остальные – нет. – Он направляет взгляд прямо на меня, давая мне возможность додумать самой, что случилось дальше.

Я не могу пошевелиться. Слишком много всего навалилось вот так сразу. Это нужно осознать. Понять. Если мне тяжело от рассказа Тима, то каково сейчас ему? Сердце кровью обливается, когда я представляю все то, что пережил Тим.

– Ты усыновил его? – несмело спрашиваю я, уже жалея, что вообще начала эту тему и полезла к нему с расспросами. Знала, что рано или поздно он сам обо всем расскажет. Не нужно было давить на него.