Сноха

— Я несу ответственность за сохранность экспонатов в хранилищах, — заявила его зам.

— Да никому и в голову не пришло, что можно вот так просто снять картины со стены в экспозиции, — убивался в одном из интервью какой-то чиновник из министерства культуры.

— Бедный-бедный Кирилл, — шепчу я, уткнувшись носом в подушку. — Прости, милый, но ты не оставил мне выбора. Я не дам тебе воскреснуть. Даже не надейся. И пусть Вадим заново перекроит твое смазливое личико, но ты навсегда останешься Генкой Селищевым. Еще не знаю, как, но я приложу все силы. Ради Роберта и ради себя!

Глава 27

Вадим

Ольге я не звоню принципиально. Нет, не игнорирую, а тем более не воспитываю. Просто боюсь окончательно слететь с катушек. И сам себе честно признаюсь, что очкую.

Очкую, блин! Я!

Не звоню, опасаясь услышать гневную отповедь или догадаться, что попал в черный список.

Стараюсь сосредоточиться на работе, послав нахрен всех своих родственников. Конечно, нет никакого смысла ворошить историю двадцатипятилетней давности. Скажи мне кто-нибудь тогда, что Галка сходила на сторону, я бы сдох от отчаяния. А сейчас просто гадко. Будто кошки насрали в душу. Я не стал слушать объяснения отца и причитания матери."

"«Да если б я знала, сыночек!»

Просто с головой ушел в работу, под завязку забив график операциями. Поэтому сил хватает только добраться до дома, провалиться в сон от дикой усталости, а наутро опять встать к операционному столу, полностью сосредоточившись на работе.

Я даю себе поблажку только в одном. Веду в башке «дембельский» календарь. Мысленно отсчитываю дни, оставшиеся до отъезда в этот сраный Эдинбург. Жду, пока англосаксы дадут мне визу. Билеты давно куплены и греют душу. Осталось дождаться заветной наклейки в загранпаспорте…

«Олюшка, — обращаюсь к любимой. — Какого хрена ты оставила себе дом в Портобелло, а не квартиру в Праге? Какая нафиг разница, куда тебе сбежать? Все равно привезу обратно. Ты же меня знаешь, девочка! Неужели думала, что сможешь спрятаться от меня? Просто в Прагу я бы рванул на следующий день, а вот виза в Соединенное Королевство у меня давным-давно закончилась».

В который раз задумываюсь над Ольгиным побегом. Одним днем эта красавица отписала наследство, купила билеты и удрала, обведя вокруг пальца моего охранника.

Нет, к Роману у меня претензий нет. Во многом я и сам виноват. Напился, как дурак! Из-за Галкиного вероломства, молчаливого предательства отца, интуитивно вставшего на сторону собственного брата, а не пришедшего на защиту мне, собственному сыну.

Я понимаю, что чувствует Ольга, уважаю ее беспокойство, как матери, и готов свернуть шею, как брошенный любовник.

«Подожди, милая, — снова и снова твержу я, стискивая кулаки и зубы. — Я приеду. Поговорим. Мне бы только в глаза твои посмотреть.