Сноха

 — Еще раз тут устроишь гонки по вертикали, ни тебя, ни Свету к Коле не допущу. Свинство какое-то!

— Леночка, Елена Прекрасная, — блеет Левка. — Ну, не перегибай палку, красавица.

— Рассердил ты меня, Лева, — вздыхает она притворно и добавляет снисходительно. — Выметайся сам и людей своих уводи. А ты что тут застыл, Вадим Петрович? — старается спрятать легкую усмешку и говорить серьезно. — Бери свою девчонку и уезжай!

— Ольга — моя будущая жена, — спокойно и серьезно заявляет Вадим.

— Тогда жду приглашения на свадьбу, — смеется Елена и делает знак охране. Дверь тут же распахивается, и Вадим, взяв меня за руку, как маленькую ведет за собой."

"— Спасибо, Елена Васильевна, — чуть слышно бурчит он, проходя мимо Елены. Та чуть заметно кивает. Видимо у этой Снежной королевы мой Вадим пользуется особым вниманием.

— Кто это? — шепчу я, стоит нам оказаться на улице.

— Потом, — отрезает Косогоров и, открыв дверцу черного Мерса, церемонно усаживает меня в машину.

«Если мужчина открывает перед женой дверцу автомобиля, значит, у него или новая жена, или новая машина», — вспоминаю я английскую поговорку. А оказавшись в прохладе салона, падаю Вадиму на грудь.

— Какая же я дура, — шепчу, всхлипывая.

— Нет, Олюшка, — тихо усмехается Косогоров, осторожно укладывая мой затылок на мягкое кожаное изголовье. Смотрит… а вернее, пожирает глазами. Судорожно убирает с лица тонкие прядки, проводит ладонью по щеке, а потом, слегка коснувшись губ подушечкой большого пальца, залепляет мне рот поцелуем. И мне кажется, что, оторвавшись от земли, я лечу куда-то в пропасть. Низ живота пульсирует, а кружево бюстгальтера царапает затвердевшие соски. Жаль, что в машине нет перегородки. Я бы отдалась Косогорову, не раздумывая. Видимо, эти же мысли блуждают и у него в голове.

— Давай заедем домой, — хрипло предлагает он, — а потом вернемся за Робертом.

— Хорошо, — мурчу я, прижимаясь к Вадиму. Забираюсь рукой под майку и тут же слышу его добродушный рык.

— Не балуйся, Олюшка.

Честно говоря, я с трудом помню, как мы умудрились доехать до дома. Как, взявшись за руки, взбежали по лестнице и, ворвавшись в спальню Вадима, срывали друг с друга одежду. Или нет… не совсем так. Вадим захлопывает дверь и сразу прижимает меня к стене. Ухватив одной рукой волосы на затылке, впивается в мои губы долгим поцелуем. Другая рука, задрав подол сарафана, тянет в сторону тонкую полоску стрингов. Я выгибаюсь волной и хрипло стону, когда пальцы Вадима оказываются внутри. И как будто на машине времени оказываюсь в транзит-отеле аэропорта Бангкока. Словно слышу запах въевшегося в ноздри тайского антисептика и снова вижу обезумевший взгляд Вадима.

— Девочка моя, Олюшка, — шепчет Косогоров, раздвигая мои бедра.