Дикая

Создавалось впечатление, будто они издеваются, делая вид, что не понимают тысячу раз сказанного.

– Так! – не выдержала Елена Николаевна (что поделать, пусть она всегда и старалась быть спокойной, но некая вспыльчивость в характере присутствовала). – Хватит, – хмуро бросила она, подавляя сильнейшее раздражение.

Может быть, следовало отправиться куда-нибудь в другое место, а не добираться до племени Миши? В последние часы она уже десять раз об этом подумала.

– Мы поможем, – произнесла Елена, потерев занывшие от криков виски. – Но вместе.

Люди поначалу радостно заулыбались, но потом озадачились ее последними словами.

Вместе? Что значит «вместе»?

– Я покажу вам, что можно есть, кроме мяса, – сказала она и вздохнула, заметив пустые взгляды – никто ее не понял. – Другая еда. Не мясо. Растения.

Некоторые при этих словах скривились. Елена Николаевна рассвирепела. У них еще хватает наглости воротить нос?!

– Кому не нравится, может уходить, – холодным голосом бросила она, изучая тех, кто морщился, ледяным и убийственным взглядом.

Люди под этим взглядом поежились. Кто-то хотел возразить, но рядом стоящие быстро дали понять, что лишний раз открывать рот не стоит.

Сразу обучение не началось. Все устали. Кто-то от долгого перехода, а кто-то от криков и волнений. К тому же «гости» (чтоб им пусто было!) были голодны.

Никаких деликатесов Елена предлагать не собиралась. Просто вынесла мяса, указала на дальний край очищенной от снега поляны и разрешила развести там костер.

В пещеру приглашать кого-либо она не собиралась и не хотела, чтобы они топтались около входа. Если кого-то такое недружелюбие и возмутило (им ли возмущаться?), то они промолчали.

Как только вокруг стало заметно тише, Лена села и принялась думать, что делать. Научить собирать что-то кроме мяса, конечно, можно, но вот беда – зима уже пришла. Под сугробами, пусть пока и небольшими, много не найдешь.

Значит, надо научить их ловить больших животных. Они и раньше ели практически одно мясо, так что сейчас вряд ли станут возмущаться, если рацион не станет разнообразнее.

Единственное, что приходило Лене на ум, это ловушки. Да, та самая волчья яма, в которую она когда-то поймала самку кабана.

Вспомнив ту махину, желающую их с Медведем смерти, Елена поежилась. Как хорошо, что Миша тогда был с ней. Она, возможно, справилась бы с помощью магии, но не факт, что вспомнила бы о ней в момент опасности.

Свою идею по поводу ямы она тут же рассказала Медведю. Не ее это дело – учить других охоте. Миша справится с этим лучше. У него больше авторитета, а ее люди могут и не послушать, решив, что она, как женщина, ничего не понимает в серьезном деле.