Алтын-Толобас

Каэспэшник дунул в сторону, в ГУМ, мы все за ним – за тобой все равно было не угнаться. Ну а в магазине твой приятель как сквозь землю провалился.

– Да, это он умеет, – кивнул Фандорин, вспомнив безуспешные поиски Очкарика в архивном городке.

– «Эскадронцы» покрутились-покрутились, поболтали по мобиле и уехали. Вид у них был кислый. Наверно, получили от Coco клизму.

Морща лоб, Николас выстраивал логическую цепь дальше:

– Они не знали, где меня искать. А вот Очкарик догадался, что я двигаюсь на Софийскую набережную, в посольство. В конце концов, сообразить было не так уж трудно – куда побежит британец, оставшийся без документов и оказавшийся в опасности? Надо полагать, что этот человек занял наблюдательный пост напротив посольства и стал ждать, не выйду ли я.

И дождался… Стоп! – встрепенулся магистр. – А как вы-то оказались у посольства? Это не могло быть случайностью! Вы ведь даже не знали, что я британец!

Журналистка посмотрела на него сожалеюще, как на недоумка.

– Какой-то ты все-таки недокрученный. Видимо, травоядная жизнь не идет на пользу интеллекту, от этого вы, европейцы, такие вареные и туповатые.

Ты же сам у меня спрашивал, где находится посольство Соединенного королевства?

Так вот почему лицо Алтын показалось ему смутно знакомым! Мария Шнайдер здесь совершенно не при чем.

Господи, просто поразительно, что он до сих пор жив ненаблюдательный, недовинченный, недокрученный. В блокноте было какое-то выразительное определение для человека подобного склада, еще более презрительное, чем просто «лох». Ах да: «чайник некипяченый». Сэр Николас А. Фандорин, М.А., Bt., Ч.Н. – вот как следовало бы именовать себя на визитной карточке.

– Будем подводить итоги, – печально сказал Николас. – Ясно только то, что профессиональный киллер хочет меня убить, а некий сомнительный предприниматель ставит ему палки в колеса. Что все это значит? Чем я угодил господину Coco и не угодил веселому человеку в очках?

Вопрос повис в воздухе.

– Третий час ночи, я валюсь с ног, – объявила Алтын, соскользнув с кухонного стола на пол. – Денек был полный финиш, забудемся сном. Утро вечера мудренее.

Фандорин вздохнул:

– Мне это сегодня уже говорили.

* * *"

"Все-таки на столе было жестко и неудобно.

Хоть в разложенном виде он был и длинный, ноги все равно свисали, а подушка норовила уползти.

Имелась альтернатива – устроиться на полу, но она уже рассматривалась и была решительно отвергнута.

– Кровать у меня одна, к тому же девичья, – сказала Алтын, когда они переместились из кухни в комнату. – Да ты на ней в любом случае не поместился бы.

– Накидайте мне каких-нибудь тряпок, и я прекрасно устроюсь на полу, – ответил он. Уже и место присмотрел – у стены, под огромными динамиками.