Бесстыжая нечисть

— Только не ты, Вася, — сполна отомстила ему за прошлые обиды я. — Ты слишком грубый и невоспитанный.

— Так может, тогда я?

— Дядя Женя! И вы туда же! — Я едва не расхохоталась в голос. От благовоспитанного соседа я ожидала скорее порицания за свой откровенный наряд. Но кажется, мои чары разили всех мужчин, независимо от возраста.

— Я исправлюсь! — попытался реабилитироваться в моих глазах Вася. — Я, между прочим, на работу устроился! Могу тебя вечером в кафе сводить… пойдем, а?

Тут уж я не выдержала и рассмеялась.

— Дрын, завали… — осек его более сообразительный приятель. — Такую девушку по вонючим кафешкам не водят… Я видел, у нее хахаль на дорогущем автомобиле ездит…

— Пра-а-авильно, сладкий, — одобрительно кивнула я. Парни слегка приуныли. Поднять им немного настроение, что ли?

Я полезла в сумочку и достала телефон, «случайно» уронив на пол пачку с одноразовыми платками.

— Ой… — вздохнула томно. Подняла. Медленно. — Ну ладно, пора мне, мальчики.

Никто не ответил. Парни застыли в разных позах, мечтательно таращась в пустоту. Я хмыкнула и продолжила путь. Дойдя до конца пролета, обернулась и увидела, как Вася молча протягивает дяде Жене початую банку с пивом. Тот также молча берет, отхлебывает и возвращает. Оба глубоко вздыхают. Вот оно, мужское взаимопонимание…

Как все-таки здорово обладать молниеносной реакцией! Я поняла это в тот момент, когда отошла от подъезда на пару метров, увидела въезжающий во двор джип ректора и спустя долю секунды обнаружила себя сидящей в раскидистых кустах сирени. Блин! Вот же гадство! Аркадий Михайлович вышел из джипа и направился к подъезду. Ключей у него не было, и он замер у двери, ожидая, когда кто-нибудь войдет или выйдет. У двери! В нескольких шагах от меня! Если он сейчас обернется, то почти наверняка увидит белеющий сквозь листву топик. С этой стороны ветви не особо густые… Можно, конечно, забуриться поглубже, но шум наверняка привлечет внимание ректора. Точно реагируя на мои мысли, Аркадий Михайлович резко повернул голову, словно что-то услышал. Еще немного, и он посмотрит прямо на меня!

От волнения внутри что-то переклинило. Сирень зашелестела, будто бы от порыва ветра, и сдвинула ветви, укрепляя мое убежище. Листики развернулись таким образом, чтобы создать практически непроницаемую зеленую стену.

Я поначалу обрадовалась, решив, что теперь могу и в сознательном состоянии пользоваться своими лешачьими силами. Однако радость оказалась преждевременной. На мои призывы сирень не отвечала, мысленные приказы игнорировала, а когда я попробовала чуть подвинуться вперед, ветки и не подумали передо мной расступиться! Очевидно, как и тогда с иргой, дерево откликнулось на случайный эмоциональный всплеск. Ну и ладно. Все равно хорошо.