Бывшие. Я тебя верну!

– А нужно, чтобы бросил? – тихо спросил.

Я внимательно взглянула на Ника. В его глазах было что-то страшное, личное и болючее.

– Я не знаю. Правда, не знаю. Поэтому… Поэтому сделала выбор за него…"

"– А что там за мать у этого мальчика?

Я только пожала плечами.

– Она вроде бы хотела отказаться от сына в пользу Ромы. Не знаю…

Ник жестко клацнул челюстью. Проходил это: он сам с двумя детьми, а мама выбрала свою жизнь.

– Знаешь, Наташ, мужа твоего мне защищать не слишком хочется, но я проходил это. В каком-то смысле. У меня двое детей, и если бы не я, то кто? Кто?

Я замолчала, глаза опустила, рассматривая свой маникюр.

Наверное, он прав. Если эта Юля Лазарева опасна, асоциальна или просто безответственна, то Ване нужен хоть кто-то. Хотя бы папа. А я… Я справлюсь. Своих детей не брошу, вытяну и подниму! А Рома… У меня сдавило горло, губы задрожали. Я не хотела его терять. Любимой всю жизнь быть желала. Отдавать не хотела! Но и рядом остаться не могла. Себя не пересилить. Я не хочу всю жизнь ждать и бояться, что не выдержу испытания чужим ребенком. Что сорвусь и уничтожу все светлое, что было в наших отношениях, на невинном человеке злобу начну вымещать. Я не могу позволить себе этого. Поэтому не буду рисковать.

– Спасибо, Ник, – я сжала его руку. – Я рада, что мы познакомились.

– А я никогда не дружил с такой красивой женщиной. Воистину все бывает в первый раз…

В понедельник утром я приехала на прием к своему гинекологу-репродуктологу. Я удивила его.

– Наталья Александровна, поздравляю. Это действительно большая удача. Надеюсь, вы доверите ведение беременности мне?

– Да я, собственно, не уверена, – смущенно проговорила. – Узи не делала, только пять тестов.

– Это хорошее начало!

– Ага, – отвела взгляд.

– А Роман Андреевич?

– Мы разводимся, Алексей Владленович. Поэтому… Он не знает. Пока.

– Наталья Александровна, вы же понимаете, что должны будете сказать?

– Конечно. Просто хотела убедиться и понять, – я прямо посмотрела в глаза врачу. – Понять, что чувствую.

Алексей Владленович подался ближе, руки в замок сложил, на меня остро посмотрел.

– Вас что-то беспокоит?

– Да… – медленно произнесла. Он врач, должен понять и помочь. – Я не знаю, что делать, понимаете? Мы так долго хотели, старались, мечтали… Я для мужа хотела.

Для Ромы. А теперь мы не вместе, и я не знаю…

– Наталья Александровна, вы рассматриваете аборт? – спросил ровно.

– Нет. – в этом уверена. – Аборт исключен. Просто я разумом это понимаю, а в сердце пусто, понимаете? Я ничего не чувствую. Меня пугает это. А вдруг я не полюблю ребенка…

Сейчас Алексей Владленович смотрел на меня как на пациентку не только акушер-гинекологического отделения.

– Так, Наталья Александровна, давайте на кушетку. Убедимся окончательно.