В лапах зверя

Как именно хочет меня трахать!

— Сандр… — задыхаюсь я, в панике ощущая, как он жестко и умело приподнимает мои бедра, подсовывает под них подушку… Зачем??? — Сандр… Универ…

— Я доброшу, — великодушно обещает он, а в следующее мгновение я понимаю, для чего подушка.

Его член в такой позе ощущается чем-то нереально огромным, кажется, насквозь меня прошивает, горячий и жесткий!

И я кричу. На каждый его толчок кричу. Пытаюсь привстать, но меня тут же снова жестко укладывают грудью на простыню, прижимают за затылок, чтоб не вздумала шевелиться.

И трахают.

Сильно, с оттягом, так, что пошлые звуки разносятся по всей комнате.

Я не могу сдержаться, и жалобно вою прямо в матрас, к которому меня прижимают. На каждое длинное, скользящее движение — искры из глаз!

Это так отличается от того, что он делал со мной до этого!

Там все же был секс, хоть и грубый. А это… Это что-то на животном.

А я — не животное! Вот только тело со мной не соглашается, само собой подстраиваясь под размашистые движения грубого мужчины, и все внутри скользкое, и дрожит низ живота, вибрирует, а это — признак того, что скоро меня накроет, я уже успела выучить.

Но Сандру, судя по всему, мало моей животной покорности.

Грубая пятерня сжимается на затылке, тянет назад, делая больно-остро-приятно, а затем меня поперек груди перехватывает мощная рука, прижимает к горячему каменному телу. Сандр что-то снова шепчет, определенно, очень пошлое. У него в самом деле грязный язык.

Но мне нравится, тут он прав.

В таком положении я раскрыта еще больше, а член Сандра достигает нереальной глубины. И, главное, я его чувствую!!! Каждый сантиметр чувствую!

Ничем не управляя, бессильно откидываю голову ему на грудь и ощущаю, как острые зубы радостно впиваются мне в основание шеи.

Туда, где горит его укус.

Это так больно и сладко, что неконтролируемо сжимаюсь и вибрирую в его руках, словно виолончель.

Голову заволакивает сладкой мутью, перед глазами — искры.

Сандр рычит, сладко терзая меня, а затем выходит, резко разворачивает лицом к себе и наклоняет к своему здоровенному члену.

— Оближи его, — приказывает он.

И я, все еще дрожа от афтешоков кайфа, послушно открываю рот…

— Охуенный рот… — говорит он после, большим пальцем стирая свою сперму с моих губ и заставляя облизать его тоже.

— Охуенная…

Я без сил валюсь на кровать, смотрю в потолок, переживая свой новый уровень падения. Сколько их будет еще? Можно ли ниже, а, Лика?

Ты сейчас его член сосала… Охренеть…

— Может, не поедешь никуда? — спрашивает Сандр, вытягиваясь рядом и мягко гладя меня по груди. Эта его нежность — жесткий контраст с тем, что он делал со мной только что. — Полежи, поспи. Потом поешь.

— А ты? — бормочу я, машинально облизываясь и все еще ощущая его вкус у себя на губах.