Чужая дочь
Красавице Маргарите Говоровой повезло – она дождалась своего мужа с войны! Но радость встречи омрачил ребенок, которого привез Михаил. Лиля, дочь его походно-полевой жены, будет теперь жить в их доме. Да, умеют мужчины думать только о себе… К такому выводу пришла Маргарита, когда в ее доме, в роли прислуги, появилась та самая Тася. Которая, оказывается, не погибла при бомбежке – как считал до сих пор влюбленный в Тасю Михаил Говоров…
Тем лучше! Вот оно, вот оно – оружие мести этой твари, которая сначала затащила Маргаритиного мужа в постель, потом родила от него эту девчонку, а потом и сама влезла в дом Говоровых!
Ну так получи…
Маргарита снова обняла Лилю, поцеловала в макушку:
– Ты мне расскажешь, как жила без мамочки?"
"– Да! – закричала Лиля, счастливая от такого внимания. Никогда она не видела от мамочки столько ласки, никогда ее столько раз не обнимали и не целовали!
– А я тебе привезла много-много подарков! – сообщила Маргарита, краем глаза наблюдая, с какой горечью потупилась Тася.
Да что ты можешь дать этой девочке, кухарка в затрапезном платьице? Ни-че-го! Да на тебя смотреть противно – особенно когда рядом нарядная, холеная, восхитительная Маргарита! Даже если бы Лиля вдруг узнала, кто ее родная мать, она отвернулась бы от тебя с отвращением, шлюха полковая!
– А главный, знаешь, какой большой? Ну-ка, закрой глаза!
Маргарита прикрыла Лиле глаза ладонями, прижимая ее к себе.
Костя вытащил из кабины огромный пакет.
– Ну-ка, что у нас тут такое? – ворковала Маргарита, с торжеством глядя поверх Лилиной головы на бледную, молчаливую Тасю.
– Кукла? – Лиля осторожно дотронулась до пакета, не открывая глаз.
– Все равно не угадаешь, – засмеялся Костя. – Ладно, смотри!
Он наклонил пакет, и Лиля радостно закричала:
– Лилии! Смотрите, лилии!
Это был тщательно упакованный, с корневищем в земле, и влажной траве стебель лилии с крупными, роскошными бледно-розовыми цветами, которые испускали сладкий аромат. Порыв ветра донес его до крыльца, и Тасе показалось, что она глотнула яду.
Это было невыносимо… Как и видеть, что дочь снова восклицает: «Мамочка, я тебя очень люблю!» – и обнимает эту чужую женщину, эту злобную, ненавидящую ее женщину!
Тася не верила ни одному слову, ни одному ласковому жесту, ни одной нежной интонации Маргариты. Если бы она любила Лилю, разве могла бы бросить ее на произвол судьбы, скрывшись с сыном в Крыму? Разве могла бы припечатать с такой ненавистью: «Потаскуха! И дочь твоя такой же вырастет!»
То есть Лиля вырастет потаскухой? Вот эта Люлька?..
Девочка еще мала, она не распознает лжи и фальши. А Тася видит Маргариту насквозь… Но до чего же нестерпимо слышать снова и снова восторженный, полный любви Лилин голос!
Тася ушла с крыльца.
– И я тебя очень люблю! – как можно громче выкрикнула Маргарита, не сомневаясь, что ее голос слышен в распахнутое кухонное окно. – Идем. Костя, догоняй!
– Дай я понесу! – бросилась Лиля к брату, забирая у него пакет с цветком.
Костя, снисходительно усмехнувшись, отдал. На самом деле он ужасно соскучился по дому, по Лильке, даже на «толоконный лоб» не обиделся, но показывать этого не собирался.