Дар золотому дракону

— У вас есть лопата для навоза? И куда его нужно будет сложить?

— Сложить?

— Для огорода.

— А, поняла. Знаешь, эта пещера вообще-то не предназначена для содержания животных, так что места для навоза здесь нет. Да и вонять будет.

— Думаешь, если не убирать, вонять будет меньше? — усмехнулась я.

— Обычно мы держим скот внизу, подальше от пещер, но для тебя было бы сложно добираться до них на дойку, а тем более — возвращаться обратно с молоком. А мы с Кераниром не всегда сможем тебя сопровождать, особенно когда появятся малыши. Если появятся, — вздохнула она и замолчала.

Снова этот намёк на появление детей, в которое не особо верят, хотя и надеются. Что за дети, откуда? Я могла бы подумать, что дракон пытается возродить внезапно вымерший остров и ворует где-то детей, если бы те малыши, с которыми я уже познакомилась, не были такими… слишком взрослыми. И, судя по их поведению, в этой пещере они обжились уже давным-давно. К тому же, их глаза явно указывало на нечеловеческое происхождение, как и магия, и полный рот зубов у годовалой Луччи. И все эти оговорки, словно когда-то они были взрослыми, а теперь стали детьми. Но так ведь не бывает!

Ладно, когда дракон вернётся, устрою ему допрос. Сколько можно барахтаться во всём этом, словно слепой котёнок. Пусть хоть что-нибудь объяснит, а то у меня голова от всяких догадок лопнет!

Чтобы отвлечь явно загрустившую девочку, я напомнила.

— Так что с навозом-то делать?

— А вот что! — она повела пальцем, и из ручья, который, как и на кухне, тёк вдоль стены, отделилась струя воды.

Она не текла, она летела по воздуху, словно кто-то выплеснул ведро воды, только летела медленно, и была узкой. Подлетев к животным, вода опустилась на каменный пол и смыла с него навоз, который, вместе с водой, утёк обратно в тот же самый ручей, только в том месте, где он, обогнув часть пещеры, исчезал, ныряя в стену.

Нивена просто повела пальцем — и пол стал чистым! Если бы за дело взялась я, потратила бы минут десять, даже больше, если бы ещё и пол замыть пришлось бы. Невероятно.

— Тоже магия? — сумела выдавить из себя я.

— Да, магия воды. Мы все владеем магией огня, но остальными стихиями владеют не все, и редко кто больше, чем ещё одной. Кераниру и Луччиелле подвластна магия воздуха, а Эйлиноду — только магия огня, и всё.

— А старейшина? — устраиваясь возле коровы и начиная её доить, спросила я, вспомнив ещё про одного местного обитателя, которого я пока ещё не видела, и от которого зависит, останусь ли я здесь. — И где он, кстати?

— Он ищет выживших. Возвращается редко, только поесть и немного поспать, ну и нас проведать. — «Выживших»? Нет, я не стану спрашивать сейчас, потом, позже. — И он — уникальный. Он владеет всеми четырьмя стихиями. Такого на моей памяти больше никто не мог.