Дар золотому дракону

Нивена и Эйлинод с удовольствием выпили свои порции, а вот Луччи оставила часть.

— Не понравилось? — удивилась я.

— Очень понравилось. Но это Кераниру.

— Да ему ж этого и лизнуть не хватит, — удивилась я.

— Он ест не намного больше нас, — возразила малышка, и я пожала плечами — пусть делает, что хочет, это её молоко. Хочет угостить дракона — пускай, мне не жалко.

Спустя какое-то время щи сварились, но дети решили пока не есть, дождаться Керанира. Кастрюля, конечно, была намного больше кружки с остатками молока, но, помня размеры дракона, я усомнилась, что ему хватило бы даже бочки. Но раз дети решили подождать, пусть ждут. Яичница была очень сытной, так что я и сама пока не особо проголодалась.

А пока мы с Нивеной сидели и в четыре руки чистили картошку — она сказала, что если потушить этот овощ с ветчиной, луком и морковью, то будет очень вкусно. И её ручки вполне уверенно держали маленький ножик, поэтому отказываться от помощи я не стала. Эйлинод читал — я кидала на него ошарашенные взгляды, но молчала, — а Луччи уселась у окна и смотрела в темнеющую даль, дожидаясь Керанира, как пояснила мне Нивена.

В какой-то момент малышка вскочила и выбежала «во двор». Я хотела было последовать за ней, проследить, не свалилась бы кроха вниз, выступ-то ничем не огорожен, но Нивена сказала: «Не надо», и я подумала — жили же эти дети здесь без меня и худо-бедно справлялись. Не стоит слишком уж их опекать, они явно знают, что делают, просто физических сил не хватает.

Через некоторое время я услышала шум и разговоры «во дворе», различила голоса дракона и малышки. Значит, Керанир вернулся. Это хорошо, а то Луччи сильно за него волновалась.

— Я оставил овец на пастбище, а вот птицу нужно накормить и напоить, — услышала я знакомый голос уже гораздо ближе. Как-то даже ближе, чем могла ожидать, ведь в «дверь», ведущую в «дом», дракон вряд ли смог бы даже голову просунуть. Я наклонилась и вытянула шею, чтобы выглянуть из кухни, и увиденное заставило меня в очередной раз уронить челюсть.

Держа малышку за ручку, к нам подходил парнишка лет восьми-десяти, с тёмными кудрями, рассыпанными по плечам. Увидев меня, он улыбнулся и сказал голосом Керанира:

— Как вкусно пахнет. Чем ты нас порадуешь, Аэтель?

Глава 3. КАТАСТРОФА

22 июня. День первый.

— Керанир? — ахнула я. — Так ты что же… оборотень?

— Я — двуипостасный, — поморщился мальчик.

— Дву… что?

— Драконы имеют две ипостаси, — с недовольным вздохом объяснил мне мальчик. — Крылатую форму и двуногую. И меняем мы ипостаси по своему желанию, а не под воздействием луны, как эти блохастые.

— Ипо-ста-си?

— Облик, Аэтель, — вмешалась Нивена. — Драконы имеют два облика. Керанир, ты что, не можешь говорить попроще? Девочка же не понимает.

— Я, вообще-то, жутко голодный.