Дар золотому дракону

Мою догадку подтвердил его приглушённый голос:

— Уверен, здесь осталось молоко. Погоди ещё минутку, сейчас найду, и ты поешь.

Интересно, с кем это он разговаривает? Я видела только одну фигуру, может, второй зашёл раньше? Терзаемая любопытством, я мгновенно натянула платье и заглянула в кухню.

— Старейшина, то есть, Фолинор, вам помочь? Молоко вот здесь. А ещё есть пирог с яблоками и рыба с кар…

Я застыла, замолчав на полуслове, потому что старейшина обернулся ко мне. И я даже не знаю, что меня больше поразило: его обнажённая грудь — наш кузнец рядом с ним просто дохляк, — или завёрнутый в его рубашку ребёнок, которого Фолинор держал на руках.

— Пирог — это было бы замечательно, спасибо, — улыбнулся мне малыш, и я сразу поняла, что он совсем не такой, как Лани, он — старый малыш, как Луччи и Эйлинод. Как же он выжил эти две недели, один, маленький, голодный? Луччи ведь пришлось заново учиться ходить, она и сейчас вряд ли смогла бы сама о себе позаботиться. Как же он выжил? И сколько голодал?

— Может, сначала лучше творожку? — предложила я. Да, я помню, что драконы гораздо крепче людей, и старейшины практически не пострадали от долгой голодовки, но это же ребёнок! — Свеженький совсем, я только сегодня откинула.

— Творог — тоже неплохо, — кивнул головой мальчик. То есть, я думаю, что мальчик. — А потом, всё же, можно пирога?

— Конечно, конечно, — засуетилась я, наливая молоко в кружку, а потом добавляя в творог сливки и ложечку мёда, и всё это размешивая, пока старейшина поил малыша, придерживая кружку. — Фолинор, а вам картошки с рыбой, да?

— Не откажусь, — улыбнулся мне старейшина. — Но сначала покорми Фингона. Мы умудрились съесть всё, что взяли с собой, ещё до того, как его нашли.

Собирались утром картошки наварить, поэтому покормить его было просто нечем, разве что яблоком или капустой, всё остальное, что нашлось в опустевших пещерах, было либо сырое, либо уже заплесневелое. Поэтому я и кинулся сюда, здесь-то всегда есть, что поесть.

Фингон. Всё же мальчик. Я посадила его на колени и стала кормить с ложки, поскольку сам он её удержать пока не смог, хотя и попытался. Заметив что-то, прилипшее к редким русым волосёнкам, я отлепила странный кусочек какой-то плёнки. Не сразу, но я поняла, что это такое — нечто подобное я не так давно смывала с Лани.

— Так ты вылупился? — догадалась я.

— Да. Четыре дня назад, — ответил малыш, вновь потянулся за ложкой, прожевал, проглотил и добавил. — Второй раз в жизни. И, в отличие от первого, я всё прекрасно осознавал. Незабываемое ощущение.

— Мы нашли его на берегу реки, — начал рассказывать старейшина, ставя разогреваться кастрюлю с картошкой. — К счастью, через какое-то время после вылупления, он смог доползти до воды и пить. Это его и спасло.