Дискорама

Ох, какие у нее глаза, Тедди!

Джек крепко сжал ноги и зажмурился, как будто ему не терпелось сходить по малой нужде, а когда открыл глаза, снова увидел эту красавицу, как будто сошедшую с экрана дорогого кинотеатра.

— Я не смогу, Тед… У меня даже пятки заломило от страха, — признался он.

В этот момент к столику красавицы подошел какой-то урод — высокий, с широкими плечами и огромными бицепсами. Он наклонился, что-то сказал ей и подал руку — дескать, идем танцевать, но неожиданно рядом появился парень, который подходил просить закурить.

Он что-то сказал гиганту, и тот, распрямившись, ухмыльнулся и плюнул парню на макушку, ведь тот был на полторы головы ниже.

— Ни хрена себе, — сказал Хирш и залпом выпил остатки апельсинового коктейля. Потом эти двое, перекинувшись парой фраз, вышли из помещения поговорить, а Хирш допил коктейль Джека и сказал:

— Ну все, красавец, я пошел к ней…

— Зачем? — задал Джек совсем уже глупый вопрос.

— Затем, чтобы выяснить, кто ей приглянулся — ты или… Да ты, конечно.

— А ты?

— А я — реалист, и у меня богатый жизненный опыт.

80

Лейтенант Хирш ужом скользнул к столику королевы и, появившись справа от нее, с поклоном спросил:

— Я могу присесть рядом на одну минуточку?

— На минуточку можно, — произнесла она, потупив взор.

— Мисс, прошу прощения, но мне показалось, что вам не безразличен мой товарищ. Еще раз прошу прощения, если покажусь хамом…

— Вам не показалось, — промолвила она после паузы и одарила Хирша благодарным взглядом, в волнении теребя трубочку от коктейля. — Я действительно смотрела на вашего товарища, потому что…

Тут она глубоко вздохнула и, достав из сумочки платок, приложила к глазам.

— Я не вовремя, мисс?

— Все в порядке, офицер, — сказала королева. — Просто ваш друг напомнил мне Дортмунда, понимаете?

— Не совсем… — смутился Хирш.

— Мы учились в восьмом классе вместе с Дортмундом…

— Но дортмунд — это сорт сыра.

— Ну разумеется, просто у его отца была собственная сыроварня, и у него было такое прозвище — Дортмунд, понимаете?

— Теперь понимаю, мисс.

— Мисс Роджерс, — подсказала она и шмыгнула носиком.

— Мисс Роджерс, так что, этот Дортмунд вам очень дорог?

— Ну, прежде я так не думала или почти не думала, — туг она снова шмыгнула носиком и промокнула глаза платком. — Но теперь, как оказалось… Мы были влюблены, понимаете? Это была чистая и неясная юношеская любовь. И теперь я увидела вашего друга, а он — один в один Дортмунд… И все как будто вернулось. Понимаете меня, мистер…?

— Зовите меня Тедди.

— Спасибо вам, Тедди, за то, что вы меня понимаете.