Дискорама

124

Капитан Хольмер вбежал во двор техпарка, когда очередной «середняк» уже садился на территорию.

Закрыв рукавом лицо, он подождал, пока машина коснется земли, и побежал дальше, надеясь первым услышать важные новости.

Геликоптер тяжело осел на посеченные осколками шасси, сбавил обороты, и из-под его корпуса, чуть сгибаясь, вышли две посланные накануне машины — «гас-сы» Новинского и Хардина.

Уже по виду машин — с сорванными фрагментами навесной брони и торчавшими из накладок рваными осколками — было ясно, что эта миссия успехом не увенчалась.

Капитан чуть ли не бросился под опоры первого «гасса», и тот остановился. Дверца кабины приоткрылась, высунувшийся Новинский крикнул:

— Ничего не получилось, сэр! Связи там никакой, должно быть, они в этом ущелье полностью радиоизолированы! Мы попытались прорваться, но нарвались на шквальный огонь. Арконы подтянули несколько «чино» и даже пехоту из бронебойщиков. Мы на них все боекомплекты к пулеметам извели — лезут из всех щелей. Наших там крепко обложили. Извините…

— Я понимаю, — кивнул Хольмер и посторонился, пропуская машины к ангарам, где уже ждала бригада ремонтников. Командовавший ими Тильгаузен, против обыкновения, не поспешил к Хольмеру со словами утешения, потому что понимал, что все слова бессмысленны.

Капитан опустил голову и, повернувшись, поплелся со двора. Он больше не знал, что предпринять, даже теоретически.

Джек Стентон, Баркли и Папа Рико накрепко застряли в ловушке арконов, которые спровоцировали нападение на строителей форта, а затем только ждали, когда тардионы пришлют десант.

Хольмер перепробовал все — замордовал штаб батальона, коллегу Бисмарка и взводного Хирша. Но не было даже связи! Из каньона, куда арконы загнали десант, радиосигнал во внешний мир не пробивался. Они предусмотрели все, эти мерзавцы, и теперь Хольмер пребывал в страшном состоянии, когда казалось, что завтрашнего дня просто не будет. Не будет, и все!

«Уйду в запой…» — пообещал он себе, шагая по тропинке к офицерскому корпусу. «Уйду в запой, если ничего не получится», — повторил он, но не почувствовал привычного облегчения, не ощутил внутри себя радостного подрагивания, затаившегося до времени алкогольного безумия.

На крыльце ждал Хирш. Он не пошел в парк, чтобы не испытывать мучительного разочарования, предоставив комроты самому испить эту чашу. И правильно, что не пошел, хороших новостей никто не привез, а несчастный Хольмер механически вышагивал по дорожке и что-то шептал себе под нос.

— Новинский с Хардиным целы? — спросил Хирш, чтобы хоть что-то спросить и растормошить капитана.

— Целы, — кивнул тот и прошел в корпус.

Хирш последовал за ним.