Дискорама

— Я пью, — сказал Марсель, хотя ничего крепче шампанского никогда не пробовал.

— Извини, но рюмок нет.

— А как же пить, сэр?

— Считай большие глотки. На пятом отваливай…

47

У подъезда ждал служебный автомобиль, и к портному они прибыли спустя двадцать минут.

— Ой, да вы уже заправились, господа военные! — засмеялся тот, почувствовав запах.

— Не пыли, Конфорг, у нас важная миссия, — сообщил капитан Форт.

— Как скажете, господа, это не мое дело. Раздевайтесь, молодой человек. Нет, трусы снимать не надо.

Мундир Марселю подошел. По крайней мере, так ему хотелось думать, чтобы не огорчать капитана Форта.

Застежки не показались тугими, а новое сукно пахло ванилью.

Потом они спустились к машине и отправились на прием.

— Куда мы едем, сэр?

— К генерал-лейтенанту Моренцо Ван Дер Люлену.

— Какое странное имя у этого генерала…

— Стань генералом, и у тебя будет такое имя, какое тебе понравится.

— А что мы там будем делать, сэр?

— Мы — не будем, ты — будешь.

— Но, сэр, опять эти бесконечные допросы! — воскликнул Марсель, окончательно трезвея.

— Нет, все значительно хуже, но для тебя — проще.

— В каком смысле?

— В таком смысле.

Тебе с генералом повезло, парень. Люлен мастер составления самых распрекрасных сказок, поэтому, что бы он ни говорил, только кивай и говори «так точно».

— Так точно, сэр, но о чем пойдет разговор?

— О том же самом, Горнел, тема тебе знакома. С той лишь разницей, что начальство считает, будто мы имеем дело с двумя шпионами — Джеком Стентоном и Отто Тирбахом, который, в свою очередь, и помог Стентону сбежать из госпиталя.

— Но это же бред! Совершенно очевидно, что Джек Стентон и Отто Тирбах один и тот же человек, это следует из реакции на запросы, которые выполнял я лично!

— Вот и держись своей версии, Горнел, если хочешь вылететь с практики с резолюцией «негоден».

— Я не хочу вылететь, сэр.

— Тогда просто кивай, какую бы херню ни нес этот Ван Дер Люлен.

Сержант-водитель прыснул со смеху. Это заставило Марселя с Фортом тотчас замолчать. Капитан даже хотел одернуть распоясавшегося сержанта, однако сейчас было не до него, и они продолжили разговор.

— Но где логика, сэр? Ведь очевидно, что Стентон лишь назвался именем Тирбаха, чтобы запутать контрразведку?!

— Логика, Горнел, заканчивается там, где начинается мнение высокого начальства.

Запомни это сейчас, чтобы потом не рыдать в подушку, как обманутая девушка.

— Да, сэр. Понятно.

— Ну, а мы вроде как приехали. Так, водила?

— Так точно, господин капитан. Еще пара минут — и штаб фронта.

Потом были светофор, небольшая пробка в утренний час пик и наконец часовой с заспанной физиономией, который долго сверял предъявленный пропуск с имеющимся у него образцом.

— Ладно, проезжайте, — сказал он и зевнул.