Двери во Тьме

Грузовик уже гнал, как я понял, почти что на пределе. Увеличь Федька скорость еще – и мы на первом же изгибе дороги окажемся в сугробе, и дальше придется драться с монстром врукопашную. Хорошо, что машину сейчас почти не трясло: большие колеса глотали мелкие неровности за счет скорости, – мы катили сейчас как по гладкому полу, как по бильярдному столу.

Я опять выстрелил, короткой, на этот раз промахнувшись, но еще отыграв несколько метров дистанции из-за того, что тварь вынуждена была метнуться в сторону, однако особых надежд это в меня не вселило. Было очевидно, что как только она выйдет на удобную для последнего прыжка позицию, она окажется в кузове.

А здесь… а здесь мы «все под рукой»: пара ударов когтями – и нас уже ничто не спасет. В силе этого чудовища сомневаться не приходилось: исполосовавший мой тулуп хмырь по сравнению с этим монстром… вот как макака рядом с леопардом.

Опять затрещал автомат Насти, выбивая снег и ледяную крошку из дороги, дульная вспышка осветила ее, сосредоточенную, приникшую к прицелу, стоящую в кузове на широко расставленных ногах. Я оглянулся в поисках хоть какого-то решения, и взгляд мой остановился на пленном, забившемся в угол кузова и смотрящем на меня обезумевшими от дикого страха глазами.

Широко расставляя ноги, балансируя, чтобы не свалиться, я подошел к нему, сгреб за ворот тулупа, рывком подняв, сам удивившись тому, что поставил на ноги рывком взрослого мужика как ребенка. А затем поволок его назад, нагнув и стараясь разогнать как можно быстрее.

Когда пленный понял, что я делаю, – он закричал. Закричал как-то по-детски, визгливо и протяжно, какую-то длинную извиняющуюся фразу, из которой я не понял ни единого слова.

Я лишь гнал его быстрее и быстрее, а затем его колени со стуком ударились о борт, он взмахнул руками и вывалился на дорогу. И гнавшаяся за нами черная тварь прямо в прыжке изогнулась и накрыла его собой, почти сразу погасив отчаянный крик. А мы из двух автоматов синхронно ударили по ней, и, кажется, на этот раз точно. А затем чудовище и его жертва исчезли в темноте. И больше за нами никто не гнался до самого Сальцева.

* * *В Сальцево въехали с рассветом – вроде как заря новой жизни нас встретила.

После того как проехали тамошнее КПП, даже полегчало. Гоняться там за нами будет уже проблематично: нравы здесь жесткие, местные чужим хулиганить не дают. Всю дорогу я натягивал на себя оторванный от полушубка лоскут: когти хмыря как ножами прошлись, безнадежно загубив хорошую вещь. Теперь новый тулупчик покупать придется.

После КПП Федька вел машину аномально медленно – видать, и его отходняк накрыл. Мы с Настей тоже сидели молча, нахохлившись и привалившись друг к другу, чтобы совсем уж холод не донимал.