Двери во Тьме

Какой-то конец веревочки, торчащий из клубка.

Так… что делать будем? Ивану говорить? А ему это зачем знать? Нет, ему пока не надо. Может, и надо, но позже, в удачный момент и на взаимовыгодной основе – информация за информацию, и никак иначе. И после того, как я сам все это обмозгую. Достал из кармана ключ от квартиры и его круглой головкой быстренько затер едва видную надпись. Поднялся на ноги, обернулся и столкнулся с Федькой, опять спустившимся в трюм.

– Ивана позвал?

– Ага, уже в рубке, сразу какие-то бумаги нашел, копается. А у тебя чего?

Убедившись, что Иван нас точно не услышал, рассказал ему про находки. Федька только присвистнул и сбил «фураньку» на затылок.

– Хрена себе! Так… а Серега сказал, что в Сальцеве она и не появлялась. Так?

– Ну, – кивнул я. – Скорее всего так и было. «Карась»-то наш, углегорский. На нем и уплыла. И через КПП проходить не надо было: в порт кто хочешь шляется. Странно это, кстати.

– А чего странного? – удивился Федька. – Там же почти все за день по двадцать раз заходят-выходят, сдуреешь всех регистрировать. Только выход судов записывается, но там, сам понимаешь, контроля никакого. С грузом половину города можно вывезти.

– А груз их где, кстати? – огляделся я. – Не может быть, чтобы они просто порожняком ходили. Им же и бабки были нужны, жрать-заправляться надо, и подозрительно просто.

– В порту можно выяснить, есть с кем перетереть. – Федька вышел из «зиндана» и оглядел пустынный трюм. – Грузы регистрируются. Даже если косячно, левой ногой, то все равно можно два и два сложить, прикинуть, с чем ходили и куда.

– Так и сделаем.

Над краем открытого люка появился Иван, заглянул вниз, крикнув:

– Нашли что-то?

– Не, Вань, особо ничего. Про камеру тебе Федька сказал уже?

– Нет, – удивился тот. – Какую камеру?

– Сюда спускайся.

«Зиндан» он все равно найдет, это без вопросов, зато уже в нем ничего лишнего не будет. Мы пока сами, а там посмотрим.

* * *Иван нашел много бумаг, да все не те, что надо. Хоть и облегчил нам с Федькой дальнейшие поиски, потому что в бумагах оказалась пачка заполненных товарных накладных, приходники да расходники, которые я сначала небрежно отбросил в угол, а потом, когда Иван вышел, аккуратно переложил себе в рюкзак, под фонарную батарею. Если спросит – так вот они, я подобрал, а не спросит – то: «Выбросили, забыл, что ли?» А разберем уже позже, когда вернемся.

Дальше взялись за настоящий обыск, обшаривая все, но ничего интересного не нашли. Так, какие-то забытые личные вещи вроде зубной щетки, старой перчатки, рваный дождевик и тому подобное барахло. Иван выглядел мрачно – он явно на что-то рассчитывал.

– Куда они делись, как думаешь? – спросил он у меня, закончив обшаривать и двигать шкафчики в машинном отделении.