Ее последний вздох
Дугони превосходно владеет искусством достичь максимального воздействия на читателя.Publishers WeeklyЭто автор как никто другой умеет живописно подать полицейское расследование.Suspense MagazineТрейси Кроссуайт – мощная героиня. Она заставляет буквально жаждать рассказа о новом ее расследовании.Library JournalКниги о Трейси Кроссуайт – пример оглушительного международного успеха, который не утих после первого романа и постоянно сопутствует автору. Благодаря этой серии Роберт Дугони буквально прописался в топ-листах New York Times, Wall Street Journal и Amazon. Ее совокупный тираж составляет 2,5 миллиона экземпляров.Сиэтл и его окрестности давно пользуются дурной славой вотчины маньяков-убийц, «смертоносной земли». И вот появился еще один, получивший кличку Ковбой, – душитель женщин, зарабатывающих на жизнь эротическими танцами и проституцией. Специально для детектива Кроссуайт на полицейском стрельбище оставлен знак в виде «фирменной» петли Ковбоя. Неужели Трейси – его главная цель? Сколько жертв он планирует убить, прежде чем возьмется за нее?
С одной стороны, ее радовало, что специально для поимки Ковбоя будет создана особая группа, но с другой, это значило, что в ближайшие дни ей придется работать без продыху, то и дело упираясь лбом в бесчисленные тупики. Больше того, она знала, что на выполнение этой задачи могут уйти годы, и еще неизвестно, как непрерывное напряжение ума и нервов скажется на ее здоровье.
– Детектив Кроссуайт, – сказал Кларидж, – боюсь, что причастность к этому делу может оказаться психологически слишком тяжела для вас, учитывая историю вашей семьи и недавний инцидент с удавкой.
Трейси внутренне ощетинилась, услышав это предложение, и уже хотела было сказать, что Кинс, конечно, прекрасный выбор, но она хочет вести это дело сама, что было сущей правдой. К тому же она боялась, как бы назначение старшим в группе не оказалось той соломинкой, которая сломает спину верблюду, то есть окончательно поставит Воробья и его жену на край развода. Но не успела она сказать и слова, как Ноласко подался вперед.
– При всем моем уважении, – начал он, – я не согласен.
Ошеломленная, Трейси повернулась к Кинсу, чей недоуменный взгляд яснее ясного дал ей понять, что и он тоже удивлен.
– На мой взгляд, если опергруппу по поимке серийного преступника, убивающего женщин, будет возглавлять женщина, то это может быть благосклонно воспринято журналистами и публикой. Что позволит нам избежать той критики, которая обрушивалась на офис шерифа округа Кинг во время расследования дела Риджуэя. – О критике, уже обрушенной на них его преждевременным и недальновидным решением передать дело Николь Хансен в отдел нераскрытых преступлений, он благоразумно не упомянул.
Кларидж потянул себя за нижнюю губу.
– Что скажете, детектив Кроссуайт?
– Я хочу сама вести это дело, шеф.
Тот кивнул:
– Хорошо. Значит, это ваша группа. Не буду лишний раз напоминать вам о том, что меч обоюдоострый.
– Понятно, – сказала Трейси.
– Шеф, – сказал Кинс, – а мы можем обсудить вопрос о вмешательстве ФБР? Конечно, публике и политикам их участие всегда приятно щекочет нервы, но ведь эти ребята – не специалисты в расследовании именно убийств, а уж маньяков они и вообще ловят только в романах да в кино.
– Надо принимать во внимание и другие факторы, – возразил Ноласко. – Специальная группа дорого стоит, а участие ФБР даст нам дополнительных людей и фонды. К тому же это хорошо для пиара. Так публика будет знать, что мы задействуем все возможные ресурсы.
И опять Кларидж проявил осторожность.

















