Жених есть, совести - нет!

Я невольно нахмурилась и уточнила в очередной раз:

— Что у нас всё-таки за дело?

Пауза, широченная улыбка, и мне наконец объяснили:

— Пирожки, Илиена. Ты ведь не откажешь страждущему, несправедливо лишённому сладкого адепту?

Я приличная, но на слове «сладкого» почему-то подумала не о том.

Глава 9

«Адепт» был не один — в кухне, куда мы не шли, а крались, поджидала знакомая компания в полном составе. Корни, Малин, Миар и побитый Кайром уставились на меня как стая оголодавших щенков.

Они разве что хвостиками не виляли, и то лишь потому, что хвостиков как бы и не было.

— Мы уже это… И муку достали, и сахар, и яблоки, и всё остальное, — отчитался Кайром.

Вроде и наглость, но как этим преданно глядящим мужчинам отказать?

Я вздохнула и отправилась к угловому шкафу за фартуком. В полной тишине замешивала тесто и применяла заклинание, которое значительно ускоряло ферментационный процесс.

Очисткой и нарезанием яблок занимался Лекс, а когда настала пора бросить яблоки на сковородку, я в полной мере осознала всё коварство и продуманность оголодавших.

— Так, — сказал Лекс, упирая руки в бока. — Главную заслонку открыли!

Корни подошёл к самой большой из печей, завозился с каким-то механизмом. После этого, по кивку Лекса, Малин применил магию — сотворил широкий воздушный поток.

Воздух мягко проходил по всей кухне, закручивался в спираль и устремлялся к той самой печи, чтобы уйти через вытяжку. Как итог, аромат яблок звучал очень и очень слабо. Словно тут, на кухне, никого и нет.

— Если нас поймают, то опять отберут? — уточнила я.

— Не только. Ещё дисциплинарное взыскание влепят, за самовольное использование кухни и нарушение режима, — улыбнулся Аргрос."

"Миг, и я застонала. Лично мне приготовленных с применением таланта пирожков было не жаль, напрягло то, что меня втравили в нарушения! Я приличная девочка, привыкла соблюдать правила и слушаться старших, зато Аргрос относился к разного рода «криминалу» абсолютно спокойно. Для него это было всё равно что дышать.

— Илиена, да что ты заволновалась? — верно интерпретировал стон Лекс.

— Ничего, — отмахнулась я и занялась тестом.

Через полчаса «вытяжку» пришлось усилить, а когда вынула из печи первый противень, я стала свидетельницей новой поразительной картины.

Парни не дрались. Никаких полётов по кухне, прыжков, перекатов и неестественных манипуляций с подносом. Вместо этого появились тарелки и началась делёжка, причём честная, с учётом моей доли.

Вот только я к собственным пирогам была равнодушна. К тому же, хоть они в какой-то степени волшебные, но попа растёт как от простых.

Поэтому я сказала:

— Мне всего один, остальные забирайте себе.

Парни замерли, а Лекс посмотрел с укором.

— Могла бы просто отдать свою долю мне, — заявил он. — Ведь мы почти семья.