Эпоха мёртвых. Прорыв

Видать, внутри настоящая мясорубка, как там кто-то уцелел, совсем непонятно.

– Леха, Большой, давайте еще по гранате и «контроль».

Два темных силуэта снова быстро пересекли пространство между блоком и бытовками, я увидел, как они одновременно взмахнули руками, в вагончиках грохнуло опять, а силуэты в лохматом камуфляже быстро вошли в двери, затем оттуда донеслось несколько одиночных выстрелов, «контроль». Без «контроля» по-любому нельзя – и по военной науке, и потому, что сейчас те, кто пулю не в череп словил, начнут подниматься и пытаться кого-нибудь съесть.

– Чисто.

– Чисто.

– Сергеич, Маша, наблюдать за дорогой, занять позиции, – раскомандовался я. – Большой, вызывай колонну. Васька, осмотреть бытовки на предмет трофеев и прочего, и бери пулемет. Леха, ко мне.

Мы с Лехой подбежали к двум лежащим на дороге бандитам, быстро связали им руки за спиной. Затем, ухватив обоих за шиворот, оттащили к стене блока.

– Сесть, – скомандовал я и пнул одного из них по щиколотке краем каблука – если умеючи, то очень больно может получиться.

Повторять не пришлось, бандиты сели как сказано. Я посветил на них фонариком.

– Опа, кто теперь с нами… Ты ведь тут главный, верно?

Передо мной сидел тот самый худой и жилистый, который распоряжался на блоке. Ответа я не услышал, и тогда я выхватил нож и сильно ткнул им бандита в икру, придавив ему ногу коленом, а Леха одновременно пнул его в ребра. Тот аж захрипел от боли, второй же попытался отодвинуться в сторону.

– Ты главный, я за тобой два дня наблюдал из кустов, и тебя Мага заложил, – заорал я на него. – Говори лучше, а то начну на ремни распускать.

Какой бы он ни был крепкий, но расколется быстро.

Тем более что он сдался, отбиваться не пытался. Вывод: жить хочет, а все остальное – понты. Да и как иначе, когда ты спишь спокойно «на вершине мира», а просыпаешься оттого, что всех вокруг убивают и тебя, еще не проснувшегося толком, волокут куда-то раскрашенные зеленым морды и начинают сразу резать ножами – обычно такого достаточно, чтобы человек сломался.

– Он здесь главный, так? – спросил я второго.

Тот энергично закивал, тощий же сплюнул, за что немедленно схлопотал коленом в нос от Лехи. Нос хрустнул, затылок со стуком врезался в бетон, на камуфляжную куртку потекла кровь.

– Сидеть. Не к тебе вопрос, – сказал я, затем снова повернулся ко второму. – А ты кто такой?

– Один из пацанов, все.

По морде похоже, что из пацанов, молодой, рожа румяная, испуганная до невозможности.

– Как зовут?

– Фока.

– На хрен мне твоя погремуха, имя какое?

– Паша.

– Хорошо, Паша. Ты, Паша, жить хочешь? – спросил я очень проникновенным голосом, глядя румяному в глаза. – Только честно-честно скажи, хорошо перед этим подумав.