Возвышение Меркурия. Книга 10

— Я, князь Никита Урусов, перед лицом Их Сиятельств и иных дворян, обвиняю тебя, Дарья Рюриковна, в открытом и намеренном убийстве моей матери, двух младших братьев и младшей сестры. Призываю всех выслушать свидетелей моих, да свершить суд княжеский. Пусть и не Сход это, но не позволено Рюриковичам вот так запросто лить кровь, да забирать жизни родичей наших!

Глава XXI

А это уже бонусная глава от всех троих вместе взятых) Лучшим читателям от идеальных (они так говорят) божественных спутников)

* * *Первым, яростно взревел Оболенский.

— Да как ты смеешь-то? Не мы ли с твоим дедом на турок в Валахии охотились? А с отцом твоим, этих же османов на Кавказе трепали? А ты теперь что? Клевету возводишь? Кровь свою да память предков позоришь⁈

Молодой князь отвёл взгляд от царевны и посмотрел на кавалергарда. Глядел открыто и зло. Как смертный, который уверен в своих словах и жаждет праведной мести. Да и оттенки разума показывали то же самое.

— А ты, Твоё Сиятельство? Всю правду ты сказал, сейчас — и дед, и отец мои, участвовали в походах тех. Бились с тобою бок о бок. А теперь стоишь ты подле той, что забрала жизни невинных детей. Ладно мы, взрослые волки, лившие кровь. Каждого есть за что убить! А сестрёнка моя младшая чем провинилась? Чем смерть заслужила? Скажи мне, Оболенский! Чем?

Напор его голоса был настолько яростным и мощным, что Ратибор на момент смешался. Покосился на Дарью, которая ошеломлённо разглядывала Урусова и покачал головой.

— Не верю я, что Её Светлость могла жизнь ребёнка забрать. Не по ней это. Лгут тебе, Никита.

Урусов горько расхохотался и бросил презрительный взгляд на деву из императорского рода.

— Кто лжёт? Мои собственные глаза? Моя сила? Мой Дар? Кто мне лжёт, Твоё Сиятельство⁈ Всё я сам видел. И предотвратить пытался. Но не смог, не успел, не добежал. А сейчас мести требую. Расплаты за содеянное.

Теперь картина прояснилась. Во-первых, стало понятно, почему над Кремлём были стяги не только союзников Долгоруких и триумвирата Дивеевых, Гагариных, Засекиных, но и знамёна доброго десятка независимых сильных родов. А во-вторых, я осознал, каким был план ответных действий со стороны условного Локи. И прежде чем Дарья, чьи губы подрагивали от ярости, успела что-то ответить, сделал шаг вперёд.

— Сочувствую вашему горю, князь. И уверяю вас, что сделаю всё ради свершения мести. Когда мы отыщем того, кто забрал жизни ваших родичей, то я постараюсь пленить его и передать в ваши руки."

"Смертный перевёл на меня взгляд и вполне отчётливо скрипнул зубами.

— Что ты несёшь? Решил, что раз нагибаешь в постели Рюриковну, то стал бессмертным? Жаждешь с ней сдохнуть, Афеев?

Вот на этом моменте, Дарья всё же не сдержалась.