Физрук

А сейчас пожелайте своему товарищу спокойной ночи и по домам!

Когда за пацанами, которые, однако, убрали за собой и вымыли посуду, закрылась дверь, я даже удивился насколько тихо стало в квартире. Можно было с чистой совестью завалиться спать. И я было намылился в душ, как меня окликнул Зимин. Я заметил, что весь вечер он был словно в воду опущенный. Еще не выздоровел или ему было скучно пересматривать в компании однокашников фильм, который он уже видел? Нет, тут явно что-то другое.

— Александр Сергеевич, — пробормотал он, — я хочу сказать, что…

— Что ты специально хотел заманить меня в ловушку? — догадался я.

— Да, — кивнул он. — Фомка, Сарай и Борзый… Они сказали, что отстанут от меня, если я вас туда приведу.

— Ну так ты и привел, — хмыкнул я. — Не одного, правда…

— Теперь они мне отомстят…

— Не боись, Серега, — отмахнулся я. — Теперь они к тебе не сунутся, а если сунутся, я их раздавлю.

— Мне «Чапаев», ну… Доронин, шепнул, что они меня ищут… Ждут, когда я от вас выйду и обещают… Ну навалять.

— Ах вот как!.. Ну ничего, сучьи дети, погодите у меня…

Я поглядел на часы. Еще не поздно побеспокоить хорошего человека.

Набрал номер квартиры Сидоровых.

— Привет, Кирилл Арсентьевич, — сказал я. — Это Саша Данилов.

— А, привет! — откликнулся он. — Давай без отчества!

— Хорошо, Кир!.. Как там Сенька, добрался до дома?

— Добрался… Трещит без умолку, только ничего не понять, сплошные бац-бац-бац…

— Это я им фильм показал про боевые искусства.

— Понятно. Теперь у них хватит разговоров на месяц…

— Слушай, я вот почему тебе звоню… Что там с этими… Фомкиным, Борзиковым и Саранским?..

— Я думал ты спросишь, что с Лилей?

— Да, прости… Как она?

— Вроде ничего.

Врачи говорят — кость не задета, так что должно все зажить без проблем.

— Ну и отлично! Завтра навещу.

— А насчет этих трех придурков… — продолжал Сидоров-старший. — Понимаешь, им предъявить-то нечего. Ну участковый провел профилактическую беседу.

— Беседу он провел… — пробурчал я. — А они теперь Сереге грозят. Понимаешь, я же им бошки откручу…

— Тогда тебя посадят.

— Ну должна же быть какая-то справедливость! Я незаметно откручу.

И я положил трубку. Понятно, что Сенькин папаша тут не при чем.

Это все из-за этой суки, Сильвы… Рогоносца гребанного… Которого они не могут посадить, чтобы не сорвать эту их чертову операцию!.. Да хрен они угадали. Сам разберусь с этими козлами.

— Ничего, парень, — сказал я Зимину. — Прорвемся… Спи и ни о чем не думай.

Самому мне было о чем подумать и, повертевшись на матрасе, я придумал план. Это меня успокоило, и я уснул. Утром накормил Серегу, велел ему смерить температуру и проделать все прочие лечебные процедуры, и отправился на работу.