Физрук

— Вот только на работу никто не берет… Понимаю, сама виновата…

— У нас в стране безработицы нет, — сказал я. — Куда вы обращались?

— В поликлинику, хотела санитаркой устроиться, — начала перечислять она. — В Дом Пионеров — гардеробщицей, в ЖЭК обращалась…

— Завтра я узнаю, может в школе найдется место, — проговорил я. — И вообще — выясню."

"— Я и так не знаю, как вас благодарить, Александр Сергеевич, — попыталась пустить слезу Зимина. — Вы для нас столько делаете…

— Не ради вас, Тамара Мироновна, ради Сереги. Ему надо в люди выходить… Вы бы пока ремонт начали делать что ли…

— Да я уже и побелку достала, — откликнулась она.

— Мне бы краски еще, олифы, обои…

— Завтра привезу!

— Ох, спасибо вам…

— Ладно! Я пойду. Спасибо за чай!

Я поднялся и вышел в прихожую. Зимины вышли меня провожать. Тамара даже выглядеть стала ничего. Во всяком случае — синяки почти совсем сошли. Очень хочется надеяться, что он взялась за ум. Я попрощался с Зимиными и через пару минут был уже снова в салоне своего «ГАЗ-24».

Добрался до УВД Приреченского района быстро. И едва я притормозил у кромки тротуара, как в машину ко мне забрался старлей Свиридов.

Я его узнал, хотя и видел всего один раз.

— Куда поедем? — спросил я.

— Если вы подбросите меня к моему дому, буду благодарен, — сказал следователь. — Поговорим по дороге.

— Где вы живете?

— Луначарского тринадцать.

Видать, разговор будет не долгим, потому что до улицы Луначарского от здания управления внутренних дел Приреченского района идти было минут пятнадцать, но на всякий случай я поехал медленно.

— Так о чем вы хотели со мною поговорить?

— Помните, я вас допрашивал в больнице, касательно хулиганского на вас нападения?

— Само собой.

— Недавно вы оставили показания, где рассказали о том, что произошло на стройке мясокомбината.

— Было такое.

— Теперь уже бывшего старшего сержанта Гришина прокуратура арестовала. За ним числятся разные делишки. С капитаном Киреевым сложнее. Прокурор не дал санкции на его арест.

— Вряд ли я смогу с ним договориться.

— От вас этого и не требуется, но вы очень поможете, если расскажете все, что знаете о Кирееве.

— Без протокола?

— Без. Мне нужно побольше информации.

Что бы понять, за что можно зацепиться.

— А разве не следователь прокуратуры этим занимается? Насколько я знаю, уголовные дела, где фигурируют милиционеры и прочие правоохранители — дела они ведут.

— Конечно, будет заниматься прокурорский следак. Если мы материал на возбуждение достаточный насобираем — передадим по подследственности сразу. А пока доследственная проверка, так сказать, почти на голом оперативном энтузиазме. И Киреев пока, что там сбоку припеку, как говорится…

— Ясно, — кивнул я.