Френдзона: Выход

Допив кофе почти до конца, Рома додумался до еще одной мысли. А ведь это он может быть виноват в том, что произошло с Марфой и ребенком. Если бы они не поссорились так сильно… Если бы он не вспылил — от одной только мысли… подозрения… предположения — что Марфа может быть беременна от другого! Если бы они не кричали так друг на друга… Если бы он не шарахнул кулаком по столу и не орал как умалишенный…

Неужели в этом дело?! Он виноват?! В этот раз — по-настоящему и он один?!

***Марфа появилась на кухне, когда процесс внутреннего судебного разбирательства подходил к концу. Безо всякого результата, надо сказать. Вина не доказана, приговор не вынесен. Но тошно просто невыносимо.

Рома поднял голову на звук.

Марфа стояла в дверях. Чуть менее бледная. Но ни фига не более жизнерадостная.

— Кофе будешь?

Марфа отрицательно покачала головой. Рома поднялся с места.

— Садись. Ужинать будем.

У меня, Мрысечка, собственные нормы внутреннего судопроизводства. И презумпция, оказывается, виновности. Так что сейчас решаю только я. За двоих.

Это был странный ужин, состоявший из бутербродов с ветчиной, помидор, моцареллы, кофе и молчания. От свинцовой тяжести этого молчания Ромка включил телевизор. С ним стало как-то легче. И даже получилось говорить.

— Я там сумку привез с твоими вещами, видела? — Марфа безучастно кивнула, не отрывая взгляда от экрана с каким-то ток-шоу. — Я там положил… Ну, зарядник, там вещи некоторые… Ты мне скажи, что нужно — я привезу.

Марфа снова кивнула, все так же не отрываясь от экрана. Ну да, там же прямо животрепещущие вопросы обсуждают — кто, как, когда, кого и в какой позе.

***Марфа проснулась от того, что хлопнула дверь. Она открыла глаза и уставилась в потолок. Долго его рассматривала, а потом вздохнула. И, хотя совершенно не хотелось, силком заставила себя встать. Точнее, сесть на кровати.

На Ромкиной кровати.

Она в его кровати. В его квартире. Когда, в какой момент Марфа превратилась в человека, за которого решают?!

Почему-то сейчас именно этот вопрос был самым важным. То, что произошло вчера, Марфа старалась лишний раз не вспоминать. Оформить это как циничное «Было — и не было». Правда, получалось не то, чтобы очень.

Мама вчера сказала, гладя ее по голове, чтобы Марфа не переживала. Точнее, чтобы не переживала уж слишком. И что выкидыш на таком раннем сроке проходит достаточно легко для женского организма. И раз это произошло на таком раннем сроке — значит, были патологии плода. И что так бывает. И что ничего страшного. И много чего еще, что говорит взрослая, умудренная жизнью женщина и мать своей дочери, попавшей в жизненную передрягу.

Эти слова должны были задать какой-то правильный настрой Марфе. Наверное, и задали. Мама права, трагедию вселенского масштаба устраивать не стоит.