Яга

 – Иван, Ивашка, дурашка. Родился-таки!

На этом гости не закончились. В полночь задремавшая было Баба Яга, почувствовала, что мнимый круг напряженно колышется и трепещет, искрясь и потрескивая. Видать, пришел кто-то и бьется лбом в заколдованную преграду, как сухой горох о стену, да защитная волшба мнимой крепи не пускает непрошенного полуночника."

"Ворон Цыпонька негромко каркнул, переступил с ноги на ногу на жердочке и картавым голосом возвестил:

– Госпожа, лукавый у забора нашего куролесит. Отогнать бы, а то загривок ломит от его близости.

Баба Яга неожиданно резво встрепенулась, вспыхнуло пламя в очаге, заметалась застигнутая врасплох летучая мышь.

– Чур тебя! – недовольно отмахнулась ведьма от писклявой летуньи. – Этого мне только не хватало.

Мышь мигом упорхнула в дымоход печи, а Баба Яга привычно потерла руки и прошептала:

– Пойду теперича с новым непрошенным гостем разговоры беседовать и лясы точить. Не зря же он в нашу глухомань явился, не запылился. Видать хозяин Нави его прислал! Послушаем, послушаем, что мне темный гонец поведает…

Отворила дверь наружу, выскочила во двор косматой болотной мавкой, клюку свою гнутую прихватила.

– Ну, входи уже, нежить нелюдимая, коли пожаловала, да смотри не балуй, а то вмиг приструню.

Защитный полог на миг ослаб и, переступив невидимую черту, во двор шагнуло нечто лохматое, рогатое и хвостатое, да к тому же колченогое и бородатое. Встал сутулый див, упер ручищи в боки и проблеял отвратным голоском.

– Черный бог шибко недоволен тобой…

В ответ Баба Яга презрительно ухмыльнулась.

– И этот туда же! Ты бы, страхолюдина потусторонняя, поздоровкалась для начала, уважение бабушке лесной оказала, дар к ногам принесла, а токмо потом вопросы свои вопрошала и угрозами сыпала.

Див помолчал, помялся слегка, а затем принялся снова блеять:

– Приветствую тебя, вечная. Но тебе это не поможет! Черный бог зол! Он страшен! Он тебя покарает за твое отступничество! Ты сражаешься с ним и связалась с его врагами! Одумайся, презренная!

Баба Яга хмуро выслушала парламентера.

– И что он мне сделает? – спросила она. – Убьет что ли? Передай своему владыке, чтобы смерть мою вернул, а то она видеть меня не хочет. Тогда бы и незачем было богам ходить либо Чернобога почитать – все едино. Померла бы древней старушкой, да и померла бы – уже через пяток лет никто не вспомнил бы бедную лесную бабуську. Да вот только, я смотрю, господин твой иного желает.

– Я, старший слуга свиты Чернобога, див Похотень, заклинаю тебя подчиниться владыке, и немедля!

Кромешное создание зарычало и нетерпеливо переступило с ноги на ногу.

– Одумайся, презренная! – продолжал требовать див.