Яга

Если попадет к никудышным людишкам – большая беда будет, великий изверг тогда придет, а вот ежели к добрым, то защитник человеческий явится нам. Богатырь!

Закипел котел, пучки трав и сушеных грибов были небрежно брошены сморщенной рукой ведьмы.

– Это для привкуса.

Чародейка что-то добавила в кипящую похлебку, на вид высушенное и неприятное. Посмотрела по сторонам и на всякий случай плюнула туда же, прямо в лопающиеся пузыри. От мыслей своих заулыбалась во весь рот.

– Получится отвар, ой получится на загляденье! Останется яду гадюки подколодной весной сыскать, да мухомора осеннего. Перекипит – добавим зимней, застывшей насмерть болотной пиявки и летнего дождевого червя.

Баба Яга призадумалась, уперев указательный палец в подбородок, и промолвила.

– Придется шибко постараться, а еще, пожалуй, добавлю хрену для крепости и кусочек мандрагоры. Только ты не пробуй, поперхнешься, не ровен час и издохнешь тады.

Баба Яга потянулась, довольная и спать улеглась.

– А настоится варево, нашепчу, заговорю, заболтаю напиток…

Как промямлила, засыпая, так и случилось. Все годы кашеварила, да по болотам слонялась, где лягушку поймает, где зверушку какую, где корешок секретный. Так и миновали годины в ожидании и трудах колдовских. Все эти тягучие времена, до самой последней стылой зимушки утекли, да и последнее лето красное отпылило мошкарой и редкими грозами. Все миновало, все!

И грянул суровый сентябрь 1380 года!

Истекло отведенное богами время, да и книгу свою вторую Яга дописала до конца. Потерла руки древняя ведьма и устало головой покачала – говорить ничего не хотелось.

А на следующий день, самым туманным утречком над крайними елками пролетел Доброгост – быстрый вестник богов. Заметив вышедшую из избушки Бабу Ягу, он звонко выкрикнул новость.

– Жди, ягая! Завтра Ивашка твой пожалует!

Сей божественный курьер, мгновенно заприметив жуткий взгляд ведьмы, решил не спускаться вниз, задрал голову и, придерживая рукой шапку, унесся в облака.

Баба Яга всплеснула руками, запричитала, заохала. Все-таки дождалась! Смогла!

Ведьма целеустремленно метнулась в дом, скрипя суставами, принялась красоту наводить, избу веником подмела, гроб свой вечный подальше за печь затолкала, паутины целый ворох по углам и закоулкам накрутила, лик свой закопченный протерла в серебряном зеркале, чихнула на пыльные дорожки пробивающихся в темную светлицу лучей света. Старинный красный сарафан достала по такому случаю. Облачилась, уселась, управилась.

К вечеру решила драгоценным гребнем космы свои расчесать, да не смогла, так и оставила болтаться заплесневелыми веревками. Достала новый платок, свернула вдвое и закрутила на голове узлом на лбу. Кончики цветастого платка торчали вверх поросячьими ушками, а Бабе Яге и так красиво.